«ДЭГ — вещь неконтролируемая, никакие наблюдатели тут не помогут...»
Владимир Исаков
Слово «фортеця», что на украинском означает крепость, с некоторых пор россиянам понятно без перевода. Как только российская армия приближается к какому-либо значимому поселку-городу, он тут же объявляется киевской хунтой «незламной форецей», что вроде как должно подстегнуть боевой дух бандеровцев. Но Зеленский не был первым — в этом он, как и во многом другом, просто наследует Гитлеру.
8 марта 1944 года Гитлер подписал директиву № 11 о создании «Festung Platz» — в буквальном переводе «укреплённых мест». Наши же историки переводят как «города-крепости». Гитлер же постеснялся назвать крепостями обычные города.
С военной точки зрения это было в чём-то оправданно. Действительно, капитальная застройка больших городов может быть легко обращена в импровизированный укрепрайон. Но с точки зрения морали это было бесчеловечным решением.
Саммит на удаленке: Часовой диалог Путина и Трампа состоялся, встреча «на троих» — в ближайших планах
Западные СМИ уверены, что после визита трамповских посланцев в Москву и Киев переговорные позиции России многократно усилились
Как ни странно, первым «фестунгом» стал западноукраинский город Тарнополь (с 1944 года — Тернополь). Однако ни несколько десятков танков, ни импровизированные укрепления не помогли немцам. Город был взять за три недели — с 23 марта по 15 апреля 1944 года. Из 4600 солдат гарнизона вырваться из «фестунга» удалось лишь 55 человекам. А город был основательно разрушен.
К 1944 году Красная Армия в целом не была готова к штурму «фестунгов». Не было даже соответствующих наставлений. Тем не менее, офицеры и даже солдаты сами стали выдумывать новую тактику ведения боёв в городе. Так, создавались «штурмовые группы» из 50−80 человек, в составе которых имелись одна или две 152-мм САУ и фугасные огнемёты.
Солдаты придумали запускать тяжёлые 300-мм снаряды М-30 (солдатское прозвище «Лука») прямо из заводских деревянных укупорок (ящиков), установленных в окнах многоэтажных домов, на крышах
«Фестунги» Познань и Кёнигсберг были взяты Красной Армией за несколько дней. Будапешт и Бреслау держались по 3−3,5 месяца.
Немцам не удалось деблокировать ни один «фестунг». Все их гарнизоны были уничтожены или взяты в плен. Большинство жителей, оставшихся в «фестунгах», погибли, а сами города на 50−80% были разрушены, но об этом наши историки стараются не упоминать.
И вот в ходе СВО командование ВСУ вспомнило о директиве Гитлера № 11 и решило обратить в «фестунги» все города и даже небольшие посёлки. Однако огневая мощь средств ведения боёв в городе у российской армии сейчас куда больше, чем в 1944—1945 годах.
Появились БПЛА, способные залетать в нужные окна, подвалы и вообще в любую щель. Появились планирующие бомбы ФАБ-1500 и ФАБ-3000 с дальностью полёта от 30 до 200 км и с круговым вероятным отклонением 5 метров, термобарические боеприпасы РСЗО, тяжёлые огнемётные системы «Солнцепёк» и «Тосочка», и многое другое. У личного состава резко возрос опыт ведения боевых действий в городах.
Ни одна «фортеця» Зеленского, как и фестунги Гитлера, не была деблокирована. Все их гарнизоны неизбежно уничтожаются. К сожалению, капитально разрушаются города и посёлки.
В начале апреля 2026 года украинские власти начали принудительную эвакуацию семей с детьми из городов Краматорск и Славянск. У нежелающих эвакуироваться детей отбирают силой. Дома и квартиры уехавших жителей немедленно грабят мародёры ВСУ, как в инициативном, так и в приказном порядке.
Часто боевики ВСУ, чтобы скрыть следы разграбления, сжигают дома и квартиры, из-за чего в Славянске и Краматорске фиксируется множество пожаров.
В обоих городах в жилых постройках создаются импровизированные огневые точки и укрытия. Вывозятся казённые учреждения. Сняли контактные провода для троллейбусов, а сами троллейбусы отправили в Киев.
Ситуацию с мирными гражданами из Славянска и Краматорска, которых подвергают насильственному переселению, можно сравнить с геноцидом.
Киевские власти насильно вышвыривает стариков, детей и взрослых из их жилищ, не предоставляя никаких материальных компенсаций и социальных гарантий. Их ждут неприспособленные для проживания людей школы, спортивные сооружения, а то и просто холодные сырые сараи в Киевской области.
Но чаще эвакуируемых рассылают по украинским регионам. Фактически Киев создаёт мини-концентрационные лагеря для переселённых граждан, так как не разрешает им покидать места размещения.
У большинства эвакуированных отобрали мобильные телефоны, чтобы они не делали лишних звонков, не фотографировали, не сообщали своим родственникам о местах пребывания.
Западные кукловоды, не стесняясь, называют правительство Зеленского самым коррумпированным режимом в мире. На Украине даже эвакуация беженцев стала большим бизнесом. Так, например, в старинных западноукраинских городах в центральной части запрещено строительство многоэтажных домов.
Однако чиновники «ради беженцев» захапывают большие участки в самых престижных районах города и строят там высотные дома бизнес-класса. А затем продают квартиры по рыночным ценам. Какой процент эвакуированных может туда попасть, можно только гадать.
Украинские чиновники даже наловчились за хорошую мзду давать украинские паспорта мигрантам из арабских и африканских стран с тем, чтобы они, приезжая в европейские страны, получали бы там пособия.
Трюк Банковой на фоне киевских пожаров: Зеленский с легкостью предал Уиткоффа с Кушнером
Кто и зачем слил секретную информацию о срочной поставке Украине ракет AIM-9 Sidewinder и AIM-120 AMRAAM в течение 3-х дней «тишины»
На Западной Украине беженцев с Донбасса считают чужими и именуют их «кацапами» или даже «руснёй». Ситуацию усугубляет то, что большинство беженцев не говорят на новоязе, введённом на Украине с 1991 года. Замечу, что с этого времени в украинский язык было введено несколько тысяч новых слов. А кто не верит, пусть посмотрит свыше 30 русско-украинских словарей, изданных с 1991 года.
За разговор на русском языке в магазине, школе и любом другом общественном месте и даже за сообщения в интернете первый раз выписывается штраф 5100 гривен, а за повторное нарушение в течение года — 11 900 гривен.
Непонятна ситуация с «суржиком», на котором к 1991 году говорили миллионы людей на Украине. Часто его приравнивают к русскому языку и тоже штрафуют и бьют. Но это до поры. До какой — скажем чуть позже.
С лета 2026 года власти Украины призывают готовиться к холодной зиме. Газеты и интернет забиты рекламой бытовых электрогенераторов, мини-котельных, аккумуляторов, и прочая, и прочая… Однако в этих объявлениях не говорится, что генераторы и котельные могут работать только при наличии дизельного топлива. А аккумуляторы хороши только при кратковременных перебоях электричества. А если его не будет неделями?
Только в Киеве насчитывается более двухсот зданий высотой в 20−49 этажей. А если их отключат от электроэнергии? Что будет с жильцами?
Посему мэр Киева Виталий Кличко уже в середине 2025 года призвал жителей уезжать из города — «Спасайся, кто куда может!» И уже в декабре 2025 года мэр с удовлетворением констатировал, что его совета послушались 800 тысяч киевлян.
Свыше 8 миллионов украинцев убыли в Европу. Только в 2025 году уехало свыше 800 тысяч человек. Что поделаешь? «Україна — це Європа», как это было провозглашено на Майдане ещё в 2014 году.
Но Европа, сколь это не прискорбно для майданутых, сейчас фактически закрыла границы для украинцев. А это значит, что все, кто бежит из восточных и центральных районов Украины в предчувствии «черной зимы», в большинстве своем осядут на Западенщине. И превратятся там если не в большинство, то как минимум в силу, которая не позволит собой помыкать.
И все эти бандеровские заморочки с «державной мовой», с гонениями на церковь и с нежной любовью к бандеровским покойникам приезжие вряд ли будут терпеть. На Украине уже завирусился ролик, где в ответ на вопрос, почему она говорит не на украинском, женщина отвечает — а я говорю на том языке, на котором общаются СБУ и ГУР в ходе своих разборок, и который слышен от высших украинских чиновников на всех «пленках Миндича». Так что и тут «мовных полицаев» ждет облом.
Как видим, «капут» режима не так уж далеко, причем ускоряют его именно настроения в обществе.