Мнения
7 июля 2015 18:07

Политический Маркин

Олег Кашин об опасности дела Надежды Савченко

13517
Олег Кашин
Олег Кашин (Фото: Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ)

Когда перед нами появляется официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин с очередным рассказом об успехе российских следователей, это может значить что угодно, точнее — одно из двух. Либо ведомство Маркина раскрыло какое-нибудь тяжкое преступление, либо вместо уголовной истории нам подсовывают очередную политическую. Собственно, Маркин тем и хорош, что по его поведению легко понять, о чем в этот раз идет речь — о праве или о политике.

Если право — то Маркин немногословен. Суть случившегося, номера уголовных статей, мера пресечения, дело отправлено в суд. Таких пресс-релизов от Маркина на сайте Следственного комитета достаточно, им даже можно верить.

Но есть политический Маркин — пространный, публицистичный, с эффектными риторическими оборотами, ораторскими приемами, ссылками на информационный контекст и на политические обстоятельства. Мы помним такого Маркина по «Болотному делу» и по делам Навального. Этот Маркин на основании фильма НТВ объяснял необходимость посадки Удальцова и Развозжаева. Политический Маркин — одиозная фигура, символ той неприятной миссии, которая с некоторых пор возложена на российский Следственный комитет. Не знаю, как правильно назвать эту неприятную миссию, но в голову приходят какие-то грустные слова типа «охранное отделение» или «политическая полиция».

Маркин, выступающий с новостями по делу украинской военной Савченко — это политический Маркин, Маркин из охранки. Рассказывая о виновности Савченко в убийстве российских журналистов, Маркин говорит о том, что ее «сделали депутатом верховной рады» и что «квинтэссенцией этого стала публикация адвокатами Савченко материалов дела в Интернете». Мы видим того же Маркина, который рассказывал про сколотую эмаль омоновцев на Болотной и про Удальцова, который выполнял приказы грузинского кукловода. Кто поверит такому Маркину?

Верить ему или нет — это уже вопрос нравственного выбора. Можно не любить Украину вообще и Савченко в частности, можно желать всем украинским военным всего самого ужасного, что только есть на свете, но даже при таких исходных данных — стоит ли верить тому, что Савченко убила российских журналистов, а потом, переодевшись беженкой, перешла российскую границу и попала в руки полиции? Маркин, рассказывающий об этом, убедителен? Вы верите ему?

Я знаю людей, которые понимают, что Маркин говорит о Савченко неправду. Эти люди понимают, что, скорее всего, она была взята в плен в зоне боевых действий и в Россию была переправлена уже под конвоем. Но, понимая это, такие люди понимают также, что, если Россия это признает, то получится, что российские силовики похищают украинцев на украинской территории, а это уже большой скандал, потому что так делать нельзя, и поэтому приходится выдумывать истории про Савченко, которая под видом беженки сама пришла в Россию. То есть это тот случай, когда политическая целесообразность оказывается важнее и сильнее реальных обстоятельств, важнее и сильнее закона.

Но, соглашаясь с тем, что в случае с Савченко политическая целесообразность оказывается сильнее правды и закона, вы соглашаетесь и со всеми остальными принципами политического Маркина. Признавать допустимость обмана и манипуляций применительно к украинской военнопленной — значит признавать допустимость обмана и манипуляций и ко всем другим состоявшимся и потенциальным фигурантам политических уголовных дел. Вы, как те люди с Болотной, окажетесь в неправильном месте в неправильное время, и вас посадят за сколотую эмаль омоновца — винить будет некого, это вы приняли такие правила игры, согласившись с позицией СК по Савченко. Вас, как когда-то Развозжаева, похитят за границей и притащат в Москву — но вы ведь согласились с допустимостью таких вещей в случае с Савченко. Вы не любите Савченко, вы не любите украинских военных — но представьте, что кто-то не полюбит вас до такой степени, что по вашему поводу выскажется Маркин. Что вы скажете в этом случае, какими словами будете доказывать свою невиновность?

Я даже не хочу сейчас призывать к милосердию по отношению к Савченко — я догадываюсь, что среди читателей «Свободной прессы» нет или почти нет тех, кто готов отнестись милосердно к украинской военной. Я просто хочу, чтобы вы посмотрели на проблему с точки зрения своих собственных интересов. Политические уголовные дела и, что даже важнее, общественное согласие с допустимостью политических уголовных дел — это потенциальная опасность даже для самого лояльного российского гражданина. Соглашаясь с тем, что Савченко можно судить так, как ее судят в России, вы соглашаетесь с тем, что так можно судить кого угодно, в том числе вас самих.

Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Доктор экономических наук, член РАЕН, публицист

Владислав Шурыгин

Военный публицист, постоянный член Изборского клуба

Геннадий Зюганов

Председатель ЦК КПРФ

Комментарии
Фоторепортаж дня
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня