Мнения
17 апреля 2016 16:26

Ни доллару, ни Богу

Алексей Шорохов: Америка — это «Трест», который, по собственному признанию, «лопнул»

5128
Кадр из фильма «Доверие» (The Trust)
Кадр из фильма «Доверие» (The Trust)

13 апреля состоялась мировая премьера фильма «Доверие» (The Trust), но, несмотря на участие в картине звёзд первой величины (Николас Кейдж, Элайджа Вуд), а может быть и благодаря этому — доверия в мире становится ещё меньше…

И первой, к кому становится доверия ещё меньше — американская полиция. Если верить голливудской традиции: честный полицейский в США — это также смешно, как честный чиновник в РФ. То есть скорее сюжет для комедий «Полицейская академия 10» или «Голый пистолет 100» (в наших реалиях: «Приватизация 2: всё по-честному» или «Васильева: гроза коррупции — 3»), но никак не для реалистичного кино.

Поэтому если личность Джима Стоуна (заметно располневший Николас Кейдж, а куда деваться — 52 года мужику, стрессы опять-таки, фаст-фуд в кадре постоянно трескает) поначалу и не вызывает подозрений, то уж герой Элайджи Вуда Дэйв Уотерс сразу отвратителен. Занимается продажной любовью (в смысле покупает), как-то слишком долго жмётся — оставлять блуднице лишнюю десятку баксов или нет. Понятно, что честный американский полицейский (или российский чиновник) — оплатили бы сразу и от души, на чаевые не поскупились бы. Чего скупиться-то на трудовые? Это наворованное тратить жалко…

Тут же ясное дело коррупционер и жмот несусветный. А уж после выкуренного перед началом рабочего дня «косячка»…

Вообще, с полюбившимся миллионам зрителей Фродо творится что-то неладное: во-первых, неземного сияния глаза бирюзовые заметно потускнели. Оно понятно — колумбийский кокс не эльфийское зелье. Но, во-вторых-то, и сам хоббит пошёл по наклонной. Что не герой — один гаже другого, и уже не успеваешь заметить, как некогда простодушный и доверчивый спаситель Средиземья попадает поначалу в уличные «Хулиганы», а затем уже и вовсе в записные злодеи «Города грехов».

В нынешнем фильме — не лучше. Неудивительно, что после просмотра таких фильмов американские полицейские выходят на улицы и начинают палить налево и направо, особенно — по чернокожим подросткам. Хотя, по чести сказать, стрелять-то следовало бы совсем не по чернокожим. И не по подросткам…

Однако к фильму. Сюжет его неожиданно заковырист. Страна происхождения фильма — Англия, действия происходят в США, а страдают в итоге все. Хотя там у них, у англосаксов — чёрт ногу сломит, кто кому сват и какого происхождения. Что-то вроде женитьбы на дочерней племяннице двоюродного мужа — пилота ВВС Австралии.

Короче где-то там, в штате Невада — трудятся два полицейских, один — ростом с хоббита, другой заметно повыше и постарше (и потолще, как уже отмечалось), работают с вещдоками — работают по старому украинскому принципу: «берут во временное пользование» (незабвенный Мыкола Грищенко из «Зелёного фургона» в исполнении Борислава Брондукова!). Кстати, и автомобильные номера в Неваде — жовто-блакитного цвету. Совпадение? Дурная наследственность? Не знаю. Но берут.

…Берут немного, но хватает. Так бы и дожили — один до пенсии, другой до свадьбы (разоришься ведь на шлюх тратиться), если бы не… информация об одном сейфе. Сейф со стальными стенками — толщиной с лобовую броню «Абамса», и размером аккурат, чтобы «Абрамс» закатить. В неприметном таком домишке на окраине. И в него постоянно что-то возят, но вот обратно не вывозят. То есть не скоропортящееся. А что в нашем мире не скоропортящееся? Правильно, доллары. Ну, или, золото. Или героин. В любом случае — находка стоящая.

И решают два наших добрых американских молодца попользоваться по-крупному. То есть один давно решается, другой же постоянно мнётся и трусит (гуманист). Но на дело идёт.

Дальше — технические подробности, коротенько, как водится, минут на сорок, на пятьдесят. Дальше пальба. Дальше опять подробности.

В итоге находят ребята что-то по-настоящему ценное. Что-то — перед чем оффшорные пролежни наших и мировых общественных и политических деятелей как-то тускнеют.

И тут начинается то, ради чего и снималось кино — доверие.

Точнее кончается. Потому что доверие, по мысли создателей и заказчиков фильма, очень ненадёжная и крайне пакостная вещь в нашем мире. Вот доверился молоденький коп-преступник девушке, не дал пристрелить, развесил уши про трёхлетнего сына, позволил позвонить по указанному номеру — и уткнулся простреленной головой в руль собственной машины. Или же его напарник — захотел взять этого пришибленного гуманиста на дело всей своей жизни, купил для обоих билеты на Багамы, набил сумки бриллиантами и на тебе: опять же с дырками в голове и в животе прилёг очень далеко от Багам. А пристрели ли бы тот её, а другой его, глядишь, и жизнь светлее стала бы, да и в панамских офшорах деньжат заметно прибыло.

Вывод — не верь, не бойся, не проси. Теперь и по ту сторону океана. Более того, его хотят утвердить законодательно — изъять «доверие» из своей финансовой сделки с «богом». Проще говоря, убрать слово «trust» из знаменитой надписи на долларе: «In God we trust». Можно перевести как «мы верим в Бога», можно как «доверяем», а можно и вообще: «у нас с Богом трест». Это уж как кому заблагорассудится.

Важнее другое, кто будет доверять стране, которая сама не доверяет отныне ни людям, ни Богу, ни собственному доллару?

Последние новости
Цитаты
Игорь Шатров

Заместитель директора Национального института развития современной идеологии

Анатолий Альтштейн

Доктор медицинских наук, профессор НИИ эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи, вирусолог

Андрей Заостровцев

Экономист, научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного экономического университета

Комментарии
Фоторепортаж дня
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня