По команде сердца

Почему либеральные журналисты никак не могут понять, что стоит за акцией «Бессмертный полк»

  
3802
По команде сердца
Фото: Сергей Мальгавко/ТАСС

…Юная журналистка, не скажу, с какого телеканала, на моих глазах допытывается у участника шествия «Бессмертный полк Грузии» — пожилого мужчины, только что подошедшего с портретом своего близкого, возможно, отца, к Вечному огню у Могилы Неизвестного солдата в Тбилиси: по чьей команде проводится шествие «Бессмертного полка» и что за человек за этой акцией в действительности стоит?

Естественно, всем своим видом она показывает, что уж кому-кому, а ей прекрасно известно, кто этот человек, и даже то, где он сейчас обитает и чем занимается, пишет колумнист украинского еженедельника «2000» Вадим Анастасиади. Кстати, допытывается весьма профессионально, с коварством матерого провокатора: старается запутать вопросами, на чем-то подловить, заманить в капкан, разоблачить. Впрочем, возможно, она просто не в состоянии представить, что взрослому человеку может прийти в голову столь нелепая мысль — выйти с портретом своего родственника, погибшего много лет назад, на улицу, куда-то с ним пойти…

Мужчина слегка растерян, не может понять, какую информацию из него хотят вытянуть.

«Скажите, милая, а в вашей семье есть люди, воевавшие с Германией в 41-м, есть погибшие на войне?» — осторожно задает он вопрос.

«Не знаю, — не задумываясь, скороговоркой отвечает журналистка, — не интересовалась. Наверное, есть. Вы ведь знаете: в Грузии нет семьи, которая не пострадала бы в той войне»

«Вот вы сейчас на работе, — продолжает мужчина, — у вас, наверное, есть задание: подготовить передачу на определенную тему. Но ответьте, пожалуйста, на такой вопрос: если бы у вас вдруг появилось свободное время, не захотели бы вы прийти с портретом своего погибшего на войне родственника 9 мая сюда, в этот парк, к Вечному огню, и тем самым хоть как-то отблагодарить его за то, что он когда-то сделал для всех нас?»

Читайте также

«Не надо переводить разговор на другую тему, — волнуется девушка. — Вы лучше ответьте на вопрос: кто…»

«Эх, милая, никуда и ничего я не перевожу. Дело в другом. Для тебя события той поры, наверное, простой факт из истории, для меня — священная страница жизни», — сокрушается мужчина.

Я прислушиваюсь к этому диалогу, а перед глазами встает другой, такой же весенний, слепленный из солнечного света, как и сегодня, день — 9 мая 1975 года. Запомнился он мне по такой причине. В Тбилиси в тот день должно было произойти важное событие, рождение нового памятного места — Могилы Неизвестного солдата. Ждали этого события давно. Было даже удивительно: почему в столице республики, внесшей столь весомый вклад в разгром фашизма, такой могилы нет. В городах многих зарубежных государств — есть. А в Тбилиси — нет.

И вот, наконец, этот момент настал. На дворе, как я уже сказал, стоял май 1975 года. Погребение было приурочено к 30-летию победы над фашистской Германией. Было известно, что останки Неизвестного солдата уже извлечены из братской могилы в Керчи, уложены в гроб, доставлены в Тбилиси. В 12 часов дня 9 мая должна была начаться транспортировка гроба из аэропорта в парк Ваке, где и намечено было захоронение.

Весь город стоял на ногах. По обеим сторонам проспекта Руставели, по которому должен был проехать артиллерийский лафет с останками воина, толпились люди. Естественно, были там я и мои друзья Джумбер Джапаридзе и Нариман Габайдулин. По национальности Нариман был казанским татарином. Накануне к нему из столицы Татарии на праздники приехал дядя, участник Великой Отечественной войны, в честь которого Нариман накрывал стол. Украшением стола должен был стать купленный в Марнеули, и там же закланный барашек. Дома у Наримана все было готово к приему гостей. Но сначала надо было поучаствовать в процессии на проспекте Руставели.

Ждать пришлось долго. Из аэропорта артиллерийский лафет выехал в назначенный час, но двигался медленно, гораздо медленнее, чем ожидалось.

Впрочем, часа в четыре мы были уже за столом. Тамадой был Джумбер. День Победы, гость из Казани, совсем еще не старый тогда человек да еще участник войны — все это придавало застолью определенную направленность. Тамада чувствовал себя как рыба в воде. Часов около двенадцати ночи он провозгласил прощальный тост. Стали собираться по домам.

Читайте также
Украине там не место Украине там не место

На Западе «незалежная» перестанет быть сама собой, потеряв свой исторический облик

И вдруг кто-то из нас (по-моему, это был именно я) предложил поехать в парк Ваке и поклониться праху погибшего Солдата. Конечно, это было не по пути. Я жил не в Ваке, а в Сабуртало, Джумбер — не в Ваке, а в Нахаловке, Нариман — вообще в Варкетильском массиве, т.е. в противоположном конце города. Но ехать решили дружно.

Разумеется, мечтать в те годы о такси даже не приходилось. Поймали частника.

Могилу Солдата в парке искали долго. Это сейчас ее расположение всем известно, а тогда, в день захоронения, никто толком ничего не знал. Нашли ее по горе цветов, в которых был утоплен могильный холмик. Разумеется, могила никем не охранялась: никакой полиции-милиции…

Что было дальше? А ничего. Постояли, поклонились праху погибшего Человека, разлили по стаканам вино, вылив его тотчас же, как велит обычай, на могилу. И разъехались по домам.

И вот думаю я: а если рассказать эту историю той самой юной журналистке, поверит ли она мне? Или станет допытываться, по чьему повелению мы на могилу Солдата в ту памятную мне ночь 9 мая 1975 года съездили?

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Станислав Тарасов

Политолог, востоковед

Андрей Раевский (The Saker)

Военный аналитик

Андрей Гудков

Экономист, профессор Академии труда и социальных отношений

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости НСН
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня