Свободная Пресса в Телеграм Свободная Пресса Вконтакте Свободная Пресса в Одноклассниках Свободная Пресса на Youtube

Джульетто Кьеза — человек и политик

Исполнилось 4 года со дня смерти большого друга России

2998
На фото: итальянский журналист и общественный деятель Джульетто Кьеза
На фото: итальянский журналист и общественный деятель Джульетто Кьеза (Фото: Зураб Джавахадзе/ТАСС)

О Джульетто Кьеза вспоминает Елена Исупова — переводчица статей и книг известного итальянского политического деятеля.

Я никогда не встречалась с Джульетто Кьезой лично, но он сильно повлиял на моё мировоззрение и на мою жизнь. Вот как это было.

11 сентября 2001 года я помню очень хорошо. Мне было всего семнадцать лет. В тот день я сидела не перед телевизором, а в соседней комнате, вязала и слушала новости. Помню, как бабушка сказала: «Клинтон-то, наверно, рад, что ушёл». Тогда мне, конечно, не приходило в голову сомневаться в официальной версии страшного теракта в США.

Не помню, когда я в первый раз услышала, что с этой версией что-то не так. Зато помню, когда я в этом уверилась окончательно.

Был 2008 год. Мама сказала мне, что по первой программе покажут фильм об 11-м сентября, который снял Джульетто Кьеза, журналист, написавший правдивую книгу о ельцинских временах, выдержки из которой печатали в «Литературной газете». Имя «Джульетто» мне показалось каким-то не мужским, но, когда я его увидела, сразу же изменила своё мнение.

На фото: переводчик Елена Исупова
На фото: переводчик Елена Исупова (Фото: автора)

Умное, твёрдое лицо, седые усы, очки. Бывают такие люди, по которым сразу видно, что характер у них решительный. Меня удивило, как хорошо он говорит по-русски, и показалась очень симпатичной его особенная манера произносить слова. Запомнилась фраза, что те, кто организовал теракты 11-го сентября, «хорошо знают психологию массов» (и, между прочим, действительно знают — мне это раньше не приходило в голову).

Ещё один автор фильма, Тьерри Мейссан, говорил по-французски. Он рассказывал, что его карьера очень пострадала, когда он стал вести расследование о терактах 11-го сентября, и ему пришлось уехать на Ближний Восток.

Убеждал и сам фильм — крепко, логически выстроенный, с чёткой, взвешенной аргументацией, множеством фактов и свидетельств. Но не только и, может быть, даже не столько он, сколько сами авторы. В них чувствовалась спокойная решимость. Несмотря на то, что им уже немало досталось за фильм, они готовы были идти дальше, продолжать свои расследования и свою борьбу.

С тех пор я стала интересоваться Джульетто Кьеза. Помню, он написал статью о газовом кризисе с остроумным названием «Газолюбие и русофобия», было ещё интервью в «Постскриптуме» — тоже о газовом кризисе и 11-м сентября. Когда в 2011 году мы установили интернет, первой книгой, которую я нашла и распечатала, была «Прощай, Россия». Сказать, что она на меня произвела впечатление, значит ничего не сказать.

Читайте также
Кремль создаст «министерство по мигрантам», ставку могут сделать на генерала Кремль создаст «министерство по мигрантам», ставку могут сделать на генерала Президент Путин будет лично курировать «министерство гастарбайтеров»

Читать было ужасно интересно, дух захватывало. Помню, как я сидела утром перед работой на кухне, пила кофе и читала рассуждения о том, «какого чёрта НАТО расширяется на Восток». Конечно, было стыдно, что никто из наших не написал ничего подобного о 90-х (по-моему, и по сей день не написали).

О политике часто пишут с какой-то нездоровой сенсационностью, с желанием откопать что-нибудь необыкновенное и всех удивить. А здесь было потрясённое нравственное чувство и желание сказать правду. Конечно, было и горько, и больно. И ещё было жалко, что мой дед не мог прочитать эту книгу (пока не было интернета, у нас в глуши достать её было нельзя) — он о многом думал так же, как и Джульетто Кьеза.

Но главным чувством была благодарность автору за то, что он сказал правду. И за то, что он к нашему горю отнёсся, как к своему. И восхищение его смелостью. И блеском, с которым он писал. По-моему, только итальянцам свойственно это неповторимое сочетание боли и юмора. Цитаты можно выписывать страницами — и смешные, и страшные. Эта книга, несомненно, останется в истории и, если у нашего мира есть будущее, 90-е годы в России будут изучать по ней.

Мне захотелось прочитать всё, что он написал. Потом были другие книги, которые мы выписывали или распечатывали из интернета: «Русская рулетка», «Война империй», «Бесконечная война», «Латвийский кандидат», «Глобальная матрица». Помню «Войну империй», в оригинале называется «Марксианские хроники» — название очень ёмкое и смешное. Я отчёркивала на полях ногтем мысли, которые мне нравились.

«Все мы, считающие себя людьми нормальными, не душевнобольными, живущие своим трудом, имея сто миллиардов в банке, не стали бы грезить о том, что бы мы сделали, будь у нас двести или пятьсот миллиардов. Но, судя по всему, те, кто дошёл до пятисот миллиардов, поступают именно так и начинают принимать меры, чтобы получить тысячу миллиардов. А если у них тысяча, они начинают думать о том, как получить две. Видимо, механизм богатства сам продуцирует бесконечную жадность».

«Есть на земле народы, которые живут в своих собственных веках. Они отвергают наш век претенциозной современности».

«Ещё одна — опаснейшая! — современная идея состоит в утверждении, якобы сейчас поток информации является богатым и насыщенным, как никогда ранее на всех предыдущих стадиях человеческой истории: апогей так называемого „общества знания“. Ничего более фальшивого быть не может. Это не общество знания, а нечто прямо противоположное: общество незнания, хаоса и информационной испорченности. Миллионы, миллиарды людей не имеют ни малейшего представления о том, что происходит на самом деле».

«Политики сами по себе не могут решать… задачи, потому что их специальность — принимать решения, не понимая их значения и последствий.

При этом надо учесть, что эксперты, с которыми консультируются политики, оказываются несколько менее умными, чем сами политики, потому что политики выбирают экспертов с таким расчётом, чтобы их можно было контролировать. Отсюда следует, что решения как правило принимаются некомпетентным образом".

Читайте также
Хит сезона: "Сдается домик в деревне, почти бесплатно" Хит сезона: «Сдается домик в деревне, почти бесплатно» Стоимость аренды дач и коттеджей падает, но спрос уменьшается ещё быстрей

Я вообще интересуюсь политикой и знаю, что есть не так уж мало политических журналистов, которых интересно читать. Но Джульетто Кьеза заинтересовал меня больше всех. Всегда он сообщал что-то новое, о чём хотелось подумать. И тогда, когда хотелось с ним спорить, он неизменно вызывал симпатию. И, странное дело — факты, которые он сообщал, были, мягко говоря, нерадостными, но чтение его книг всегда придавало… не хочется употреблять казённое слово «оптимизм», но после них всегда хотелось жить, думать, работать. Он был человеком, с которым мне очень хотелось бы дружить, и было очень жаль, что это невозможно.

Почему мне захотелось выучить итальянский? В сущности, ни для каких практических целей он мне не был нужен. Думаю, что синьор Кьеза в этом сыграл не последнюю роль — по-русски его статьи печатают нечасто, а читать их хотелось.

Ещё на меня в этом отношении сильно повлиял «Спрут», который я смотрела тоже в интернете. Это тоже фильм политический и тоже с глубоким нравственным смыслом — о поисках правды и справедливости. Невозможно забыть, например, как главный герой, комиссар полиции хватает за воротник сенатора и спрашивает, какое он имеет право говорить от имени итальянского народа.

На фото: итальянский публицист Джульетто Кьеза.
На фото: итальянский публицист Джульетто Кьеза. (Фото: Andrea Ronchini/Pacific Press via ZUMA Wire/Global Look Press)

С народом, который создаёт такие фильмы, хотелось познакомиться поближе. У нас есть старый самоучитель итальянского языка, составленный из отдельных тонких брошюр. На работе я выдвигала ящик стола, клала в него брошюру и, делая что-нибудь, например, ремонтируя книжку, сама украдкой заглядывала в самоучитель. Что хотите почитать, детектив или про любовь? Fui — fosti — fu — fummo — foste — furono… Через каждые десять уроков я заглядывала на сайт, где печатались статьи Кьезы (тогда это был сайт ассоциации «Мегачип») и радовалась, что понимаю больше. Освоив самоучитель, стала читать со словарём.

Синьор Джульетто живёт по принципу «не надо заводить архивы, над рукописями трястись». Но я храню все его статьи, которые читала. От него я узнавала обо всех важных международных событиях. От него узнала о том, что происходит в Сирии: «„Мы ставим себе целью контролируемое обрушение режима Асада“, — сообщает Эндрю Дж. Тэблер из Института ближневосточной политики в Вашингтоне. И потом осторожно добавляет: „Но, как при всяком контролируемом обрушении, что-то может пойти не так“. Именно: как с тремя контролируемыми обрушениями 11-го сентября 2001 года» (июль 2012 г.)

И о многом из того, что произошло на Украине: «Запад бросил камень и хочет спрятать руку. Открытые нацисты взяли в свои руки правительство в Киеве» (март 2014 г.) (Конечно, и у нас много говорили о Сирии и об Украине, но, по-моему, никто этого не делал с такой остротой и проницательностью.

И никто не вызывал у меня такого доверия, как он.) И о том, как делаются такие перевороты по теории Джина Шарпа. И многое о приёмах пропаганды и психологической войны. И о том, чем отличается homo legens (человек читающий) от homo videns (человека глазеющего — этот перевод термина социолога Джованни Сартори принадлежит Джульетто Кьезе.) Возникновение homo videns синьор Кьеза назвал антропологической мутацией, и я не могу с этим не согласиться. Я сама работаю с детьми и вижу, как происходит этот разрушительный процесс.

Читайте также
«Китайский мозг» открывает неразгаданные тайны человечества «Китайский мозг» открывает неразгаданные тайны человечества Ученые Поднебесной стали на ступеньку ближе, чтобы синтезировать «в пробирке» мозг

Из-за Джульетто Кьезы я зарегистрировалась в «Фейсбуке» (запрещён в России, до того соцсетями не интересовалась). Я хотела задать ему вопрос. В одном из интервью он сказал, что «в будущем вещи будут стоить много, но идеи будут стоить ещё дороже». Я задумалась: что он имел в виду, могут ли идеи дорого цениться в такое время, когда главная ценность — деньги? Я набралась смелости и задала вопрос на довольно корявом итальянском. Понимая, что он очень занятой человек, я не очень рассчитывала на ответ. Но через несколько месяцев он ответил по-итальянски:

«Дорогая Елена, я хотел сказать, что мы вступаем в эпоху, когда товары будут становиться всё скуднее (потому что мы уже достигли пределов роста и эра изобилия окончена). Самыми ценными вещами поэтому будут становиться идеи, мысли, чувства. Их не нужно покупать и продавать. И люди, способные к идеям, гораздо лучше смогут выжить, чем те, кто уже стал пленником вещей, которые продаются».

Я столько раз перечитывала этот ответ, что выучила его наизусть. Потом ещё пару раз написала ему. И каждый раз почему-то было очень страшно — прежде чем нажать кнопку «Отправить», приходилось долго убеждать себя, что Джульетто Кьеза такой же человек, как и я. Спрашивала о его отношении к религии, о нравственном законе в истории. Он отвечал через несколько месяцев, подробно, доброжелательно и очень интересно.

Мне было обидно, что его статьи не печатаются по-русски. Я попробовала перевести одну его, на мой взгляд, особенно интересную и важную статью — о терактах во Франции. Опять набралась смелости и написала ему об этом.

Читайте также
Экс-директор ЦРУ Дж. Биб: Путину не нужна вся Украина, летом он дойдет до Днепра и создаст «пояс безопасности» Экс-директор ЦРУ Дж. Биб: Путину не нужна вся Украина, летом он дойдет до Днепра и создаст «пояс безопасности» Западные эксперты пишут собственные сценарии «русского штурма»

Его ответ превзошёл мои самые смелые ожидания — ответил сразу и пригласил меня переводчицей на свой русский сайт, который собирались открыть. Можно себе представить, в каком восторге я пребывала после этого письма.

Но с сайтом почему-то ничего не вышло. Однако я проявила настойчивость (чтобы не сказать настырность) и стала писать ещё. Мне пришло в голову, что можно было бы помещать переводы на его странице в «Контакте». Синьор Джульетто ответил очень тепло и дал своё согласие. Это было 26 марта 2017 года. Так я стала его переводчицей.

Переводить каждую его статью — приключение. Наверно, потому, что его статьи — не просто отчёт о фактах: Трамп поехал туда-то, там улыбнулся, тут промолчал, тому пожал руку. Он всегда объясняет, что стоит за теми или иными действиями, и это не домыслы, а подтверждённый фактами анализ политической ситуации. Чтобы так писать, нужен большой профессионализм и опыт.

И нужно постоянно следить за всем, что происходит в мире. А он ещё передаёт не только факты, но и атмосферу. У меня такое чувство, как будто я побывала на осетинском застолье (хотя туда женщины не допускаются), в Белом доме во время августовского путча, на Красной площади, когда навсегда спускали флаг Советского Союза. И даже в эстонской тюрьме. Редко кто умеет так писать. Мне было жалко, что он не пишет мемуары, но я понимала, что у него нет времени.

Читайте также
ТВ простило Лолите Милявской "голую вечеринку": Опальные звезды постепенно возвращаются в эфир ТВ простило Лолите Милявской «голую вечеринку»: Опальные звезды постепенно возвращаются в эфир Илья Легостаев: «Шоу-бизнес хотят сделать более идейным, хотя эта индустрия изначально для того и придумана, чтобы быть шокирующей»

Когда я стала с ним работать, то лучше поняла его жизнь. Тех, кто говорит правду, никогда и нигде не любят, и им приходится преодолевать огромное сопротивление. Он руководил интернет-телеканалом «Пандора-ТВ», который подвергался жестокому информационному давлению, против него периодически выдвигали надуманные обвинения в распространении «фейков». Другому с лихвой хватило бы и этой работы. Но не ему.

Он писал статьи, постоянно ездил по Италии, в Россию, по Европе. Он основал общественное движение «Альтернатива», вместе с известным борцом с мафией Антонио Ингройей пытался создать партию «Народный список» (другое название — «Ход конём»), и на этом поприще им тоже пришлось столкнуться с жесточайшим сопротивлением. А ещё он писал книги, создал общество учёных, желающих изучать современный глобальный кризис.

Я иногда спрашивала о чём-то по делу, и между нами установилась нечастая переписка. Я писала по-русски, а он по-итальянски. В письмах мы быстро перешли на «ты», что для меня вообще-то не характерно.

На фото: сенатор Бартоломео Пепе, председатель Госсовета Крыма Владимир Константинов, куратор делегации итальянских политиков журналист Джульетто Кьеза и член городского совета города Эмполи Габриэле Сани (слева направо) во время встречи группы итальянских парламентариев с руководством Крыма, 2016 год.
На фото: сенатор Бартоломео Пепе, председатель Госсовета Крыма Владимир Константинов, куратор делегации итальянских политиков журналист Джульетто Кьеза и член городского совета города Эмполи Габриэле Сани (слева направо) во время встречи группы итальянских парламентариев с руководством Крыма, 2016 год. (Фото: Алексей Павлишак/ТАСС)

Говорят, что в наше время эпистолярный жанр прекратил своё существование, люди разучились писать письма. Так вот, к синьору Джульетто это не относится. Получать от него письма — каждый раз была большая радость (я бы сказала «всегда праздник», если бы это выражение не стало уже избитым). Он, несмотря на свою занятость, отвечал обстоятельно, и читать его письма было интересно. И это всегда были очень добрые письма. Бывало, что моё мнение расходилось с его взглядами, и я спорила довольно запальчиво, но он неизменно отвечал терпеливо и по-доброму.

А ещё я очень любила слушать его выступления. Выступать публично — особый талант. Для этого недостаточно уметь говорить. Надо уметь говорить так, чтобы тебя понимали, уметь передавать свои мысли и чувства. Для этого нужна большая внутренняя энергия. Он старше меня на сорок три года, но, когда я видела, как горят его глаза (очень чёрные, как и должны быть у итальянца), мне казалось, что он гораздо моложе меня.

На фото: куратор делегации итальянских политиков журналист Джульетто Кьеза, сенаторы Паола Де Пин и Ивана Семиони (слева направо на первом плане) и сенатор Ивана Симеони (справа) во время посещения Балаклавского музейного комплекса фортификационных сооружений, Крым, 2016 год.
На фото: куратор делегации итальянских политиков журналист Джульетто Кьеза, сенаторы Паола Де Пин и Ивана Семиони (слева направо на первом плане) и сенатор Ивана Симеони (справа) во время посещения Балаклавского музейного комплекса фортификационных сооружений, Крым, 2016 год. (Фото: Алексей Павлишак/ТАСС)

Он не относился к людям, которые, как это, к сожалению, часто бывает, держатся всю жизнь за одну и ту же догму, закостеневают в своих взглядах и привычках и больше никуда не двигаются.

Он умел слушать других людей и понимать чужие мысли. Он учил китайский язык. Многие ли могут похвастаться таким интересом к жизни, чтобы учить язык, созданный народом, у которого совсем другая система мышления?

Отдельно хочу написать о том, как переводила его книгу «Кто построил Берлинскую стену?». Она написана к тридцатилетию падения Стены. У нас эта дата прошла незамеченной. Может быть, потому, что мы уже забыли, что такое Берлинская стена и каково её символическое значение (раньше она разделяла два мира — капиталистический и социалистический, но теперь Советского Союза уже не существует). Я сама читала, как говорится, с разинутым ртом, потому что почти ничего не знала из того, о чём говорится в этой книге.

Читайте также
Взгляд кардиолога: Почему сердце покоя не дает Взгляд кардиолога: Почему сердце покоя не дает Главные враги сердечно-сосудистой системы — тревога и мы сами

А может быть, потому, что нам, как и всему цивилизованному человечеству, ясно, что Стену воздвиг социалистический мир, чтобы защититься от капиталистического, т.е. инициатор строительства — Советский Союз. Ясно-то ясно. Но, как заметил в одном фильме один небезызвестный персонаж, ясность — это одна из форм полного тумана.

Одна из многих причин, по которым мне нравится читать Джульетто Кьезу, — он развеивает такого рода «ясность», потому что анализирует факты, не обращая внимания на мифы, сложившиеся в общественном сознании.

В книге рассказывается, например, о том, как многие нацисты (в том числе проводившие эксперименты над людьми) были переправлены с помощью ЦРУ в США по операции «Скрепка», многие нацистские офицеры пошли служить в европейские спецслужбы и в НАТО. Жестокость нацизма влилась в мир современной политики и влияет на него. Мне кажется, то, что книгу долго не издавали, — один из признаков, что борьба против фашизма, всё ещё идёт. И я, когда переводила книгу, тоже немножко в ней участвовала.

Знакомство с таким человеком, как Джульетто Кьеза, — большое счастье. Благодаря ему я полюбила Италию — страну, которую никогда не видела. Как известно, чем больше человек принадлежит своему народу, тем больше он сможет сделать для всего человечества в целом. К Джульетто Кьезе это относится в полной мере.

Последние новости
Цитаты
Станислав Тарасов

Политолог, востоковед

Кирилл Кабанов

Член Совета при президенте России по правам человека (СПЧ), глава Национального антикоррупционного комитета

В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня