Мнения

Атаман Патаман

Иван Давыдов о патриотизме и любви к Родине

  
3543

Несколько дней назад я узнал из новостей, что атаман Патаман, вождь сечевых запорожцев, сделал нечто хорошее и благое. Не помню точно, что. Ну, допустим, поддержал российские инициативы по урегулированию украинского кризиса. Обсудил с друзьями. Итогом — два вывода. Во-первых, получается, жива вольная Сечь. И не помогут сынке его ляхи. А во-вторых, предположили мы, в Администрации президента РФ тоже, как умеют, экономят средства. Борются с кризисом.

Появление же новостей о приключениях атамана Патамана наводит на мысль, что к писанию методичек для лояльных СМИ — «Правильно освещаем геополитические успехи отечества» — подключили недорогих специалистов из братского Таджикистана. Режим экономии — штука суровая. Вот они и пишут в меру знакомства с языком русским: «На митинге-шмитинге выступила шахтер-махтер…» А строгий проверяющий, — потому что куда же без проверяющего, — правку вносит: «Ты что там нацарапал? Какой махтер? Вычеркивай! А вот „атаман-патаман“ — это хорошо. Только дефис убери и „Патаман“ напиши с большой буквы».

Все это смешно и не смешно. Понимаете, я всегда считал, что лишних знаний не бывает. Если уж, например, начинал читать скучную, глупую, просто плохую книгу, то все равно до конца дочитывал, подозревая, что даже в такой книге что-нибудь полезное да вычитаю. В крайнем случае, волю закалю, тоже результат.

Но в последние недели я почувствовал, что испытываю некоторый овердоз в части новостей с Украины. Неважно даже, как я к Украине отношусь (ладно, обязательная оговорка: отношусь хорошо, бывал там десятки, не соврать, раз, и надеюсь еще побывать, когда кончится обоюдное безумие дней текущих), но в моем мозгу уже нет места для знания о том, что живет на свете такой атаман Патаман. Вожди сепаратистов, предводители сотен, мэры провинциальных городов, как народные, так и антинародные, — что они вообще делают в моей голове? Почему что ни день, то больше их в мою бедную голову лезет?

Я даже ревную немного Дмитрия Киселева, великого, к бандеровцам. Не пора ли ему отвлечься уже от врагов внешних и взяться как следует за нас, врагов внутренних? Тоскую слегка по речам его, пугающим своей потешностью.

В общем, как-то так вышло, что Украина скрыла от нас Россию. И вскрыла для нас Россию.

Один мудрый человек, потративший жизнь на изучение русской поэзии девятнадцатого века в знаменитом университете соседней страны, сказал мне недавно: — Знаешь, американские коллеги ликуют. Вот, говорят они, в годы холодной войны уйма денег тратилась на так называемую советологию, но заодно и славистике перепадало. И кучу отличных книг успели написать, и много текстов издать, и много открытий сделать. Вот и теперь, поскольку новая холодная война не за горами, процветет славистика. Опять попросят нас постигать загадочную русскую душу. Душу не постигнем, конечно, зато новые книги будут. А я не ликую. Не процветет вторично славистика. Не осталось загадки. Нечего постигать.

Вступление вышло затянутым, извините, но эти три зарисовки необходимы для понимания дальнейшего.

Сейчас в моде патриотизм, в основном сводимый к максиме «мы тебя, суку, научим родину любить». Учителя с монополией на любовь машут, как дубинками, словосочетаниями, которые что-то значили в позапрошлом веке или вообще никогда ничего не значили — «русский мир», «единство славянских народов» и так далее. И те, кто дубинами размахивает, и те, кто от дубин уворачиваются, перестают замечать совершенно простые вещи. Россия, разросшаяся территориально, если при этом и изменилась, то не сильно и не в лучшую сторону. В России, как и прежде, есть бесправные нищие, чиновные воры и политические заключенные. Первые и вторые изготавливаются в промышленных количествах, третьи пока товар штучный, но все готово к тому, чтобы и их производство поставить на поток.

Я уж и не заикаюсь о таких приятных мелочах, как цензура, неостановимый вал безумных запретов, последовательная экспроприация у населения остатков гражданских прав.

Любить — значит (извините за банальность, но если прозой говорить о любви, от банальности не укрыться, да и если стихами, кстати, тоже, но там хоть ритмом можно банальность замаскировать) желать объекту любви добра. И точно ли добро в том, чтобы страна наша, огромная и полупустая, продолжала расти вширь? А вдруг в том, чтобы не было в ней нищих, ворья и политических заключенных?

Любо смотреть на то, как все любители России (профессиональные любители, хоть и есть в этом словосочетании привкус противоречия) борются за федерализацию Украины. Отличная вещь — федерализация. Жаль, за федерализацию России не находится желания побороться, как будто для того, чтобы быть федерацией, достаточно просто иметь слово «федерация» в названии. Забыв о конкурентных и честных выборах глав регионов, о правах регионов, о равноправии регионов, в конце концов.

Украина — страна не маленькая, конечно, но все-таки удивительно, что ее хватило на то, чтобы за ней жители России перестали замечать Россию. Но — получилось. Украина, повторюсь, Россию от нас скрыла.

А еще — вскрыла России голову, как консервный нож банку тушёнки. Что же там внутри, какие загадки? И правда ведь, никаких. Примитивный экспансионизм без рефлексий. Мечта разрастаться в пространстве без возможности даже поставить вопрос — чего ради? И в обмен на реализацию этой мечты власть получает право просто запретить, исключить обсуждение настоящих проблем России. Власть получает право пользоваться самыми, извините, дешевыми отмазками, — объявлять это самое обсуждение происками врагов внешних, и пособников их, врагов внутренних.

Настоящая беда, хочу я сказать, не в том, что кто-то там аннексирует чужие земли или, наоборот, собирает свои, топчет международное право или восстанавливает историческую справедливость. Беда в том, что в обмен на это власть может, не меняясь, творить на этих землях, старых, новых, новых-старых то же, что творила раньше. Без надежды на лучшее будущее. Только теперь критика ее действий невозможна, допустим лишь восторг.

Ответ на критику понятен, и это ответ теперь не только государства, но и консолидировавшегося общества: — Какое ворье? Какие нищие? Какие, к черту, политзаключенные? Да тебе это, гнида, Госдеп напел? У нас тут русский мир возрождается и славянское братство куется, а тебя, видите ли, наличие цензуры смущает?

Зато откровенные наци борются со страшной силой против фашизма, попутно именуя жителей соседней страны зомби и недочеловеками, а также активно намекая на явный след еврейского заговора в украинских делах.

Ладно, как тут спорить. Если это патриотизм — то человек, которому кажется, что события внутри страны — важнее, что любые (предположим даже, самыми возвышенными соображениями продиктованные) прорывы во внешней политике ничего не стоят, пока дома — нищие, ворье и политзаключенные, — точно агент всех иностранных разведок.

Фото: ИТАР-ТАСС/ Сергей Бобылев

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Дмитрий Болкунец

Эксперт по проблемам российско-белорусских отношений

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости НСН
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня