Карпатский транзит: Украина предложила Венгрии поделиться нефтехранилищами

Украинская компания «Нафтогаз» и венгерский энергетический концерн MOL заключили меморандум о возведении объектов для хранения нефтепродуктов на венгерской территории, рядом с украино-венгерской границей. Подписание документа состоялось в ходе саммита так называемой «Карпатской восьмерки».

Глава правления украинской компании Сергей Федоренко высказался про диверсификацию путей поставок и формирование дополнительных хранилищ нефти вне зоны обстрелов как фактор устойчивости всего рынка в условиях непрекращающихся атак на топливную инфраструктуру.

Осуществление совместного проекта, как надеются в Киве, должно увеличить надежность обеспечения топливом украинских потребителей, и способствовать взаимовыгодному развитию приграничной энергетической инфраструктуры.

Читайте также

«Нужна полная мобилизация»: Макрон ставит правительству задачи из-за роста цен на бензин и дизель Над Францией из-за энергетического и бюджетного кризиса вновь замаячил призрак «желтых жилетов»

Ранее министр экономики и энергетики Венгрии Иштван Капитань заявлял, что власти страны намерены к осени 2027 года снабжать страну газом без поставок из России. Будапешт ищет замену российской нефти и даже намерен отказаться от АЭС «Пакш-2», которую пока старательно сооружает «Росатом».

Экономист международник Юрий Горохов считает, что идея хранения нефтепродуктов в Венгрии — это шаг логичный, однако, сам по себе не решающий главную проблему, физическую доставку и распределение топлива на территории самой Украины:

— Пытаются вынести «склад» из-под удара, в то время как уязвимой остается вся логистическая цепочка — от границы до конечного потребителя.

Меморандум между «Нафтогазом» и MOL скорее благое пожелание, мечта на фоне российских атак. Украинская сторона заявляет, что создание мощностей за пределами зоны обстрелов — вопрос стабильности.

«Нафтогаз» надеется решить вопрос роста цен и очередей на своих АЗС, размещая запасы в Венгрии — это попытка сохранить хотя бы часть резервов в безопасности…

«СП»: Но ключевая слабость проекта в том, что хранить топливо — это лишь полдела?

— Да, основной вопрос — как доставить его на Украину и распределить по стране! И здесь ситуация критическая. Нефтебазы являются приоритетной целью и уничтожаются почти еженедельно. Крупные распределительные центры, такие как нефтебаза KLO в Броварах, полностью прекратили работу после ударов.

На левом берегу Днепра, по оценкам экспертов, не осталось ни одной работающей нефтебазы. Хранить топливо внутри страны негде и небезопасно.

Западная граница Украины уже работает со значительной нагрузкой. Использование альтернативных маршрутов через Дунай и железные дороги увеличивает издержки.

Кроме того, логистические пути сами по себе становятся целью. В Польше были зафиксированы некие непонятные «диверсии» именно на железной дороге, по которой транспортировали топливо для ВСУ.

«СП»: Венгрия — не просто «склад», а страна, чья позиция может меняться.

— Весной 2026 года Венгрия уже прекращала поставки дизельного топлива на Украину в ответ на блокировку транзита нефти по «Дружбе».

В случае обострения, топливо, хранящееся в там, может оказаться заблокированным на границе.

Найти свободные резервуары для аренды в Польше и Румынии не удалось. Хранение в более далеких странах таких как Прибалтика, Австрия, технически возможно, но долгая доставка убивает основную идею — быстрого наполнения рынка. Венгрия в этом смысле компромисс по расстоянию, но не по политическим рискам.

Механизм хранения за рубежом, предусмотренный украинским законом о минимальных запасах, пока не работает. Нет четкого варианта подтверждения наличия топлива у иностранного оператора, а сроки транзитного хранения в ЕС ограничены 60 днями. Это делает схему труднореализуемой без дополнительных согласований, считает эксперт…

При этом зарубежное хранение украинским законодательством уже предусмотрено, однако его практическая реализация требует выполнения ряда условий. Необходимо обеспечить учет запасов, обмен информацией с иностранным партнером, возможность контроля фактического наличия топлива и гарантированную доставку запасов в незалежную в случае возникновения кризиса.

Проблема заключается не столько в отсутствии правовой возможности хранить где-то, сколько в создании работающего трансграничного механизма контроля и оперативного использования запасов.

Пока неясно, какую долю украинского стратегического резерва сможет покрыть будущая инфраструктура в Венгрии. Киевское законодательство ориентируется на объем минимальных запасов, соответствующий 90 дням среднего чистого импорта, либо 61 дню внутреннего потребления — в зависимости от того, какой показатель выше.

Поэтому ключевым параметром проекта станет не сам факт появления резервуаров за границей, а их реальная емкость. Несколько дней потребления украинского рынка и полноценный стратегический резерв — принципиально разные по масштабу задачи.

Экономическая эффективность будет зависеть от того, во сколько обойдется украинской стороне содержание зарубежного резерва. Дополнительные расходы возникают не только на строительство или аренду резервуаров, но и на страхование, обслуживание запасов, перевалку и последующую доставку топлива.

Поэтому зарубежное хранение имеет смысл прежде всего как плата за снижение риска потери всего запаса в результате одного удара по крупной украинской нефтебазе.

Читайте также

«Так нечестно поступать!»: Nestlé и Auchan возмущаются, что их активы в России уплывают Европейский бизнес больше не сможет сидеть на двух стульях в РФ и ЕС

Выбор MOL объясняется не только географической близостью Венгрии. У концерна уже есть собственная нефтяная и логистическая инфраструктура, система хранения стратегических запасов нефтепродуктов. Это позволяет киевскому режиму интегрировать будущий резерв не в новую логистическую систему, а в уже существующую.

Отдельный вопрос — структура будущего резерва. Для украинского рынка важно не просто накопить определенный объем нефтепродуктов, а обеспечить наличие тех видов топлива, дефицит которых наиболее чувствителен для транспорта, аграрного сектора, критической инфраструктуры и армии. Поэтому эффективность проекта будет определяться не только вместимостью, но и составом запасов, скоростью их выдачи.

Меморандум является начальной стадией проекта и сам по себе не означает, что новые мощности появятся в ближайшее время. Предстоит определить площадку, объем инвестиций, проектную мощность, механизм владения и использования запасов, а также порядок их перемещения на восток. Поэтому практическая ценность договоренности будет зависеть прежде всего от скорости перехода от политического соглашения к конкретному инвестиционному проекту.

Проект с Венгрией — это прямолинейное решение по «защите склада», а не по «защите поставок». Он не отвечает на главный вызов обеспечения бесперебойных доставок топлива от венгерской границы до украинских АЗС и до ВСУ, учитывая, что вся внутренняя распределительная сеть находится под прицелом.

Последние новости о рынке нефти, газа, а также стоимости бензина и дизеля, — в теме «Свободной Прессы».