Мода на Ксавье, или 6 фильмов о кризисе отцов и детей

Любить Ксавье Долана и его творчество — это новый вид мейнстрима, причем не только среди экзальтированных студентов первых курсов киношкол, которые готовы любить все, где нет сюжета, но есть атмосфера и бесконечные панорамы, чередующиеся длиннотами, которые они оправдательно называют «сокуровскими», а в принципе — среди простых зрителей, далеких от кинокухни. Невольно задаешься вопросом: возможен ли был бы успех фестивального режиссера у публики пятнадцать лет назад? Конечно, звучит фантастически, но вот за что стоит благодарить время, в котором мы живем и которое принято ругать, так это за эволюцию в кинограмоте среди масс.

«Мамочка» — фильм шаг вперед для режиссера Долана — в один голос поют зрители и критики всего мира. И это — правда. Тема отношений мать-сын вторая после гей тематики, постоянно исследуемая режиссером. И в этот раз драматург Долан перешел Рубикон от режиссера-подростка с пубертатным исследованием проблемы от своего лица, к настоящему мастеру со зрелым взглядом на межличностные отношения родителей и детей, где есть не только раскрывшийся герой — Антуан-Оливье Пилон (или сам Долан в «Я убил свою маму»), но второй объект исследования — персонаж Энни Дорвал, у которой наконец появился голос в потоке фильмов Долана, зацикленных на самом Долане.

Многие считают, что от отсутствия Долана-актера фильм «Мамочка» только выиграл. Сложно с этим не согласиться, так как режиссера, который остается верен себе в пересказе сценария на «картинку», то бишь повторяющий свои излюбленные художественные средства и ходы из фильма в фильм — признают мастером со своим собственным киноязыком, у Долана-режиссера к 25 годам это все уже есть, что уж прибедняться. А вот Ксавье-актер — это грустно, в этой стезе стабильность-одинаковость — приговор профнепригодности. Долан безусловно талантлив, но как актер в своих фильмах Ксавье Долан четыре раза сыграл Ксавье Долана. И то, что он остановился на «Мамочке», простите за юмор, её спасло. И пусть режиссер-Долан не присутствует в фильме как актер, отделаться от чувства самолюбования в каждом кадре, в каждой сцене — невозможно. Но оно и к лучшему! У Ксавье есть отличительная для режиссера черта — заполнять собой пространство каждого кадра. И что самое ценное — «заполнение» не отталкивающее. И, что не происходило бы на экране: надуманный ли сюжет «Тома на ферме», изобилующая видеоцитатами из «Любовного настроения» Вонга Кар-Вая «Воображаемая любовь», эмоционально перегруженный сюжет «И все же Лоранс» или неоправданные длинноты «Мамочки» вкупе с «инстаграмным» кадром, который оценить, увы, мне не удалось — вы — девять из десяти — все равно уйдете из кинотеатра удовлетворенные увиденным. Разбирая каждый фильм пристрастно, можно без проблем найти то, что вас покоробит: будь то музыкальная составляющая картины, например, в «Мамочке», которую способен оценить не каждый (эмпирические выводы на основе долгого болтания среди кинокритиков на пресс-показе), но которым придется согласиться с умением Долана именно идиотическими композициями класть вишенку на торт разыгрываемой драмы и катализировать эмоциональный ритм фильма.

Видеоряд «Мамочки», как и все фильмы Ксавье, перегружен всеми художественными средствами, который создал кинематограф более, чем за сто лет. Удушливая, как и герои, которыми под конец фильма тошнит из-за их гиперэмоциональности, смазливо-выхолощенная, по оттенкам теплая до безобразия картинка, заключена в «кадр инстаграмма» (представляю, как мой мастер по документалистике из университета вздрагивает при этой фразе), на мой взгляд, себя не оправдавший, многие оценивают такой ход, через призму хода драматургического, когда, в момент дребезжащей радостью и идиллией героев (это первый раз), кадр вернул себе нормальный размер, внушая нам надежду на светлое будущее, но, очерненный реальностью, уменьшился до «инстаграмного», и второй раз — в момент утопической модуляции главной героини ближе к концу фильма, но, как и полагается омраченный настоящим — вуаля — опять смотрим видяшку в инстаграме. Возможно, многие со мной не согласятся, и это их право, но встаньте на позицию зрителей не в кинотеатре смотрящих фильм, а дома, скажем, на компьютере. Стоит ли овчинка выделки. По мне — нет. У фильма отличный сценарий, гениальное его прочтение актерами и реализация режиссером — и его бы точно не испортил стандартный размер кадра.

Мысль за мыслью, фраза цепляется за фразу, и получается монолитный текст, из которого можно сделать вывод, что фильм, как толерантно говорят мои друзья о фильмах, которые я советовала, а им не понравились: «Хорошо, но не очень». Это, конечно, не так, потому что все свои излияния я хочу подвести к тому, что когда мы идем в кино, то на главный вопрос, который мы задаем друг друга, после сеанса: «Тебе понравилось?» Мы не рассыпаемся на килограммовые опусы, а просто отвечаем: «Да, мне понравился фильм». Или наоборот. Так вот, когда я впервые посмотрела фильм «Мамочка», а до этого другие работы Долана, я сказала: «Мне понравилось». А то, что я анализировала выше, современный зритель приметит запросто. Но в этом и заключается огромный талант Ксавье Долана — те отдельные элементы в его фильмах, которые могут коробить критиков и зрителей, все равно не перевесят того удовольствия, которое вы получите от просмотра его картины в целом. Для меня творчество Ксавье Долана — яркий пример современных авторских фильмов, где режиссер — везде: от первой буквы сценария, до последнего титра фильма.

Журнал Eclectic предлагает нашим читателям посмотреть фильмы, затрагивающими проблемные отношения между родителями и детьми: от драм и ужасов — до мелодрам и комедий. Приятного просмотра!

Я убил свою маму

2009 год, реж. Ксавье Долан

Дебютный фильм франко-канадского вундеркинда от кинематографа, прежде чем перейти к просмотру «Мамочки», начните с «Я убил свою маму» — все познается в сравнении.

16-летний Юбер пытается отстоять независимость и собственное достоинство перед матерью, которую он как любит, так и ненавидит. Юбера, талантливого художника, раздражает в матери всё: безвкусная одежда, манера есть, неумение разговаривать. А его мать Шанталь не находит в себе силы и не умеет понять проблем юноши. Она не готова признать сына самостоятельным взрослым человеком, выпустить его из-под своей часто излишней опеки.

Осенняя соната

1978 год, реж. Ингмар Бергман

На судьбах одной семьи — известной пианистки Шарлотты Андергаст, ее мужа архитектора Юсефа и их дочерей, Евы и Елены в фильме показывается крушение семейных уз, распад семьи.

Роль Шарлотты Андергаст станет для Ингрид Бергман одной из последних, а Ингмар Бергман, её великий соотечественник и однофамилец, увенчает свой творческий путь еще одной гениальной картиной на свою коронную тему — кризиса семьи и веры. «…дочь не может простить мать. Мать не может простить дочь. Прощение — в руках больной девочки», — Бергман сам, в своей книге «Картины», дает пролог всей киноленте.

Белый олеандр

2002 год, реж. Питер Козмински

«Белый олеандр» — достойная голливудская кинодрама с британским послевкусием, благодарим родину режиссера, с витиеватым сюжетом и фантастической операторской работой Эллиота Дэвиса.

Беспечная и счастливая калифорнийская жизнь молодой девушки Астрид и ее матери Ингрид однажды поворачивается вспять с приходом мужчины, загадочного Барри Колкера.

Страсть, разгоревшаяся между Ингрид и Барри, вскоре оставляет ее с разбитым сердцем и сломанной жизнью. Жажда мести воплощается в преступлении, которое совершает Ингрид, отравив возлюбленного ядом своего любимого цветка: белого олеандра.

Кэрри

1976 год, реж. Брайан Де Пальма

Первая экранизация одноименного романа Стивена Кинга, получившая статус культовой и эталонной киноленты в жанре фильма ужасов.

Тихую, робкую и доверчивую Кэрри третируют и обижают в школе и дома. Ребенок, от природы добрый, становится замкнутым и мрачным. В то же время девочка открывает в себе странные и страшные силы.

Я, снова я и мама

2013 год, реж. Гийом Гальенн

Гийом настолько боготворит свою мамочку, что всячески подражает ее манерам и поведению. Странные интересы, необъяснимые действия заставляют окружающих думать, что все не так просто в жизни молодого человека.

Фильм стал экранизацией одноименной пьесы Гийом Гальенна, в которой по доброй французской традиции он сыграл главную роль. Если существуют фильмы не для всех, то это именно такая кинолента — оценить её по достоинству сможет не каждый — жюри в Каннах смогли, однако прессу фильм получил неоднозначную. В лучших традициях французских комедий, когда хочется либо плакать, либо истерично похихикивать — «Я, снова я и мама», и не пугайтесь тишины после конечных титров.

Еще на эту тему читайте в журнале и на сайте ECLECTIC:

Московские развлечения. Тогда и сейчас

Заха Хадид. Гостья из будущего

Ольга Свиблова. Талант плюс выдержка и диафрагма