Культура

Василий Авченко: «Фадеев:перезагрузка»

Захар Прилепин о творчестве советского классика и новом поколении

  
8216
Писатели Алексей Толстой (слева) и Александр Фадеев
Писатели Алексей Толстой (слева) и Александр Фадеев (Фото: В. Дорофеев/ТАСС)

Кажется: это всё настолько неактуально, настолько быльём поросло, что даже речь об этом заводить не стоит. Фадеев какой-то, кто это? Это как Федин, только застрелился. Красивый был, на актёра похож. Что-то там писал про войну.

Человек очень часто существо легкомысленное, внушаемое. Современному человеку объяснили, что Фадеев — это уже неактуально, а если про актуальное — то это, скажем, к Сорокину.

Человек поверил.

И не знаю, нужно ли это доказывать, но, скажем, лично мне «Разгром» кажется на редкость современной книжкой, я внутри неё живу, и хорошо себя чувствую, потому что там точно есть жизнь, а какой-нибудь «День опричника» — напротив, кажется мне книгой старообразной и скушной; именно через «ш» — более того, выдуманной и неживой, и только столичные заворожённые хипстеры могут убедить себя в её, пусть даже и сатирической правдоподобности.

Василий Авченко, автор книжки о Фадееве, спокойно констатирует: «Разгром» дописывался в 2010 году приморскими партизанами, «Молодая гвардия» — Луганской народной республикой в 2014 и позже".

Читайте также

«Казалось, — продолжает Авченко, — партизаны и молодогвардейцы — „тогда“ и „там“, оказалось — сейчас и здесь. От прошлого к будущему ходит гулкое эхо, доказывая: всё на самом деле происходит сейчас, минувшее едино с ещё не случившимся. Все они рядом: молодогвардейцы и ополченцы Новороссии. Жизнь подражает литературе, не только фиксирующей, но и программирующей реальность».

Неприятие современным литературным истеблишментом Фадеева — в том числе, как человека определённого типа, выбирающего служение идее и государству — оно не эстетическое, оно на уровне физиологии.

Людмила Улицкая прозрачно намекает на Фадеева в рассказе «Писательская дочь»: «Он был палаческой породы, которой развелось от советской власти множество, коммунист и алкоголик, похоже, что с остатком совести, и покончил с собой через некоторый критический срок после смерти Сталина».

«Развелось от советской власти». А вы от кого развелись? «Покончил с собой через некоторый критический срок…» — что за «критический срок», о чём речь вообще?

Акунин вторит про Фадеева: «Политическая ангажированность завела в жизненный и творческий тупик». Бориса Акунина ничего в тупик не заведёт, он свободный человек, может себе позволить быть снисходительным к мёртвым.

Акунин (берём этого писателя только в качестве примера; желаем ему исключительно добра) и Фадеев — это не просто два разных писателя, это мир и антимир, вещество и антивещество, их профессии должны по разному называться.

Василий Авченко совершенно спокойно чеканит о Фадееве: «Жизнь его — великолепный сюжет с войной в юности, взлётом в зрелости и самоубийством в конце. За свои неполные пятьдесят пять он прожил несколько эпох — настолько спресованным было время. Фадеев — герой в двух смыслах сразу: боец, партизан, комиссар — и готовый литературный персонаж героико-романтического, антиобывательского типа. Прошедший огонь, воду (политый собственной кровью кронштадтский лёд) и медные трубы».

В каком-то смысле, Фадеев — квинтэссенция того, что особенно отвратительно литературным распорядителям новой эпохи; и его самоубийство — лишний козырь в их рукавах. «А! Значит, он всё делал не правильно, раз так завершил свой путь».

Между тем, Анна Андреевна Ахматова (мы все помним, сколько пришлось ей претерпеть от советской власти), узнав о самоубийстве Фадеева, сказала: «Я его не имею права судить».

Она — не имела, а эти, нынешние — право имеют. Не смешно ли это?

Пастернак сказал о Фадееве: тем выстрелом «он сам себя реабилитировал».

У современников, как мы видим, хватало масштаба и такта для осознания некоторых вещей.

Впрочем, образ Фадеева разрушили, конечно же, не нынешние литераторы, а само блудливое время, которое, вроде бы, четверть века назад отменило навсегда романтическую партизанщину и прочую молодгвардейщину.

«Из школьных программ Фадеева убрали, — пишет Авченко, — Под „Молодой гвардией“ теперь понимается прокремлёвское молодёжное движение. Профсоюзной библиотеки имени Фадеева, в которую я ходил студентом, во Владивостоке больше нет. Вместо неё в здание вселился Сбербанк. Фонды попросту сожгли на Горностаевской свалке».

Одну из ключевых ролей в ликвидации фадеевской библиотеки, не без мстительности отмечает Авченко, сыграл местный чиновник, на тот момент глава профсоюзов, позже выросший да депутата Госдумы от «Единой России».

Разор в российской культуре и слом всех советских иерархий случился вовсе не по причине активной «подрывной деятельности», простите, дорогой коллега, Акунина или любого из их внушительных рядов — полноте.

То, что мы имеем и не имеем сегодня — это наши нынешние патентованные государственные патриоты устроили. Им, признаемся, тоже «Разгром» не нужен — потому что в иных обстоятельствах эта книга может быть направлена против них. Да и нет никакого «Разгрома» в их понятийной системе.

Забавно, но ситуация вокруг образа Фадеева, его книг, его наследия, его музея, улиц его имени, заветов его — самым элементарным образом раскрывает наше время, наши дни — и сразу становится понятно, кто есть кто.

Что до самой книжки, то стоит отметить ключевую идею Авченко — взгляд на судьбу Фадеева, как человека с Дальнего Востока. Ещё ребёнком родители перевезли его в Приморье, там случилась первая его война, первая любовь, там он возрос — и туда мечтал вернуться всю свою жизнь. Дальний Восток как рай — светился и зазывал.

Читайте также

Авченко любит Дальний Восток, знает свой край, и лёгкий перекос именно в местную тематику, в книге имеется. Но хуже её не делает, и даже напротив.

Заодно читатель узнаёт, что именно всё-таки представляла собой японская интервенция и за кого воевали лидеры «белого движения». И против кого юный Фадеев. Будущий писатель, будущий сталинский любимец, будущий самоубийца. Герой отличной книжки Авченко. Про Фадеева обязательно кино ещё снимут. А про тех, кто нынче издевается над ним — не снимут никогда.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня