Магазины и банки против маркетплейсов: Экономика чахнет — борьба за покупателя идет агрессивнее

Федеральная антимонопольная служба (ФАС) предупредила, что не поддерживает и не согласовывает предлагаемые Минпромторгом изменения правил торговли для маркетплейсов. Отзыв был отправлен в министерство, и подписан замруководителя ФАС Тимофеем Нижегородцевем.

В службе отмечают, что изменения приведут к росту стоимости логистических услуг как для производителей, так и для поставщиков, а увеличение издержек бизнеса в итоге отразится на потребительских ценах.

В Минпромторге подчеркивают, что выравнивание конкурентных условий между традиционной розницей и онлайн-торговлей — в частности разрешение торговым сетям самостоятельно устанавливать стоимость логистических услуг наравне с маркетплейсами — позволит создать равные условия конкуренции между платформами и традиционной розничной торговлей.

В ФАС же опасаются, что под видом оплаты логистики торговые сети будут требовать любые дополнительные платежи, и что постоянный контроль за реальным предназначением выплат в пользу торговых сетей будет фактически невозможен.

В пресс-службе Wildberries&Russ рассказали, что новые правила, усиливающие регулирование маркетплейсов, создают риски замедления развития электронной коммерции — при том, что текущие правила вполне сбалансированы. Но в компании все же поддержали ряд мер, включая разрешение владельцам пунктов выдачи заказов работать с несколькими компаниями одновременно.

В X5 (управляет торговыми сетями «Пятерочка» и «Перекресток») указали изданию, что вопрос корректности ограничения процентом от суммы договора логистических услуг, стоимость которых определяется рыночными методами, остается открытым.

Доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев в разговоре с «СП» обратил внимание, что текущая полемика ведется на самом деле не между ведомствами.

— Критика ФАС планов Минпромторга скорее является отражением конфликта между маркетплейсами и традиционными игроками на рынке, включая розничные оффлайн-предприятия и банки.

Понятно, почему все это отразилось на межведомственном уровне. В такой конкурентной борьбе, в которой аргументы есть у обеих сторон, маркетплейсы и их оппоненты обращаются в различные институты власти, используя свое влияние.

«СП»: Возможно ли, что онлайн-торговля вызывает недовольство чиновников?

— Конечно, нет. Так лишь кажется из-за того, что оффлайн-торговля стала заметнее проигрывать онлайн-магазинам, уступая рыночные ниши. У чиновников есть понимание того, что необходимо сохранять все виды торговли.

Их роль в продвижении ограничений для маркетплейсов не стоит переоценивать. Инициативы регуляторов в данном случае являются отражением позиций как оппонентов маркетплейсов, так и самих платформ.

«СП»: Можно ли предполагать, что Минпромторг начал готовить ограничения маркетплейсов в том числе из-за того, что традиционный торговый бизнес просил об этом?

— Скорее всего так и есть. Министерство просто так не стало бы составлять новые правила. Это естественный и нормальный процесс, когда те или иные игроки пытаются решить вопросы, доносить проблемы, выдвигать свои аргументы. Если ведомства после анализа ситуации соглашаются с просьбами, то составляются соответствующие проекты.

Конечно, не все решения появляются в ответ на инициативы снизу, но похоже, что обсуждение изменений для маркетплейсов стало во многом реакцией на инициативу со стороны оффлайн-торговли и банков.

«СП»: Есть ли вероятность того, что онлайн-торговля подойдет к точке невозврата, когда маркетплейсы получат слишком высокого влияния на рынке?

— Формирование монополий и олигополий также является естественным процессом, дело не в том, что маркетплейсы делают что-то не так. Компании всегда стремятся укреплять свои позиции и развивать свои преимущества. Поэтому регуляторам надо работать над сохранением конкуренции для всех участников рынка.

«СП»: На чьей стороне сейчас выступает малый и средний бизнес?

— Маркетплейсы дают возможность небольшим предприятиям значительно расширять свои рынки сбыта до фактически масштабов всей страны. Это достаточно уникальная возможность для бизнеса, которая стала возможной только в текущее время благодаря новым технологиями и платформенной экономике. Поэтому вряд ли малый и средний бизнес будет выступать против необходимой им инфраструктуры.

Другое дело, что за последний год представители небольших компаний стали больше обращать внимание на затрудненность условий, в которых они работают с платформами. Жалобы, к примеру, могут быть связаны с дополнительными комиссиями и логистическими издержками, которые предприятия несут в том числе из-за возврата товаров покупателями на маркетплейсах. Этот тот случай, когда регуляторам надо крайне внимательно следить за взаимоотношениями онлайн-платформ с малым и средним бизнесом.

«СП»: Почему число жалоб выросло именно в последнее время?

— Думаю, что полемика обостряется в том числе на фоне замедления активности российской экономики и повышения налогов. В 2023—2024 годы во время быстрого роста ВВП можно было просто не обращать внимания на рост маркетплейсов, или было проще видеть больше выгоды в их преимуществах. Оборот розничной торговли в те два года вырос на 6,4% и 7,2% соответственно.

Но во время торможения роста такой торговли (до 2,4% за январь-октябрь 2025 года) и появления новых правил на тех же платформах, которые также хотят уменьшить издержки, обстановка сама по себе подталкивает других игроков к оппонированию. То есть все ищут способы получения дополнительных возможностей и средств, которые необходимы на фоне роста издержек и снижения спроса.