Профессор Катасонов: Россия, воюя с Западом, «подставилась» на триллион, а может, и больше

Перед новым годом Банк России выложил на своем сайте статистический документ «Международная инвестиционная позиция Российской Федерации» со свежими цифрами на 1 октября 2025 года (обновление документа происходит на ежеквартальной основе). Документ состоит из двух основных частей: 1) «Активы»; 2) «Обязательства».

Первая часть представляет собой величину зарубежных активов, сформировавшихся в результате вывоза капитала из Российской Федерации в другие страны и юрисдикции (на определенную дату).

Вторая часть — величина активов нерезидентов в Российской Федерации, сформировавшихся в результате ввоза капитала из других стран и юрисдикций (на определенную дату).

Также в документе есть показатель «Чистая международная инвестиционная позиция» (ЧМИП), представляющая собой разницу между «Активами» и «Обязательствами».

Сразу отмечу, что за все годы статистического наблюдения у России показатель ЧМИП был с очень большим плюсом, т.е. зарубежные активы России намного превышали (и продолжаю превышать) активы нерезидентов в России.

Для России такая раскладка, мягко выражаясь, не очень комфортна. Ведь если Запад начнет массово «морозить» и конфисковывать российские активы за рубежом, то нам придется тоже самое делать в отношении иностранных активов в российской экономике.

Но мы симметричного ответа дать не сможем, поскольку для этого нужна симметричная международная инвестиционная позиция (МИП). А у нас она сильно «перекошенная» в пользу активов. Чистая международная инвестиционная позиция с большим «плюсом» является проявлением такого «перекоса».

Когда в 2014 году в связи с возвращением Крыма в состав России Запад стал вводить санкции против нашей страны, я стал активно призывать к тому, чтобы ликвидировать «перекос» в МИП России. (См.: Валентин Катасонов. Экономическая война против России и сталинская индустриализация (М.: Алгоритм, 2014).

Увы, в последующие годы «перекос» не исчез, а еще более усилился. Так, если на 1 января 2014 года ЧМИП равнялась 131,7 млрд долларов, то на 1 января 2015 года она более чем удвоилась и составила 313,2 млрд долл. А на 1 января 2022 года (т.е. накануне СВО) она уже равнялась 486,6 млрд долл. Если бы мы серьезно готовились к СВО, то должны были бы довести ЧМИП как минимум до нулевого значения. А лучше до отрицательного. Этого не было сделано. А потому после начала СВО произошло вполне ожидаемое действия со стороны коллективного Запада. Он заморозил значительную часть наших активов — ту часть, которая называется «валютные резервы Российской Федерации» (или «валютные активы Банка России»). Примерно на сумму 300 млрд долларов.

А потом потихоньку продолжил «морозить» и другие зарубежные активы России (российских юридических и физических лиц). По данным иностранных источников, примерно на 150 млрд долларов (хотя цифры очень примерные и, скорее всего, неполные).

А как поменялась МИП после начала СВО? Начну с обязательств. Иностранные активы в российской экономике за период с 1 января 2022 г. по 1 октября 2025 г. уменьшились с 1.172,9 млрд до 661,9 млрд долл. На 511 миллиардов долларов, или на 43,6%! И это при многочисленных заявлениях наших чиновников, что иностранные активы в российской экономике на время СВО и экономических санкций против России блокируются, что им закрывается выход из России. А получаемые иностранным капиталом доходы аккумулируются на специальных счетах. Получается, что выход для иностранных инвесторов сохранен.

Еще интереснее картина с активами. За период с 1 января 2022 г. по 1 октября 2025 г. они даже приросли: с 1.659,5 млрд до 1.720,9 млрд долларов. На 61,4 млрд долл., или на 3,7%. Получается, что СВО шла и продолжается, но вывоз капитала из России продолжается! Диво дивное! А как же риски заморозок и конфискаций?

В свежих цифрах МИП (на 1 октября 2025 года) я обнаружил сразу два рекордных значения.

Во-первых, это рекордная величина зарубежных активов (более 1,7 трлн долларов).

Во-вторых, впервые значение ЧМИП перевалило за один триллион долларов! Если быть точным, то на 1 октября 2025 года превышение активов над обязательствами равнялось 1.058,9 млрд долларов.

Между прочим, по сравнению с 1 января 2022 года величина ЧМИП увеличилась в 2,2 раза! И это во время необъявленной войны Запада с Россией! Такое ощущение, что мы специально стремились «подставиться» под санкционные удары Запада.

На самом деле в противостоянии с Западом мы «подставились» даже не на триллион долларов, а на гораздо большую сумму. Потому что величина активов (накопленных за рубежом российских инвестиций) намного больше той цифры, которая обозначена в официальном документе «МИП».

Российские власти могут достаточно точно сказать, какова величина лишь той части активов, которая называется «Резервные активы» (другое название «Международные резервы РФ»). На 1 октября они составили 713,3 млрд долл. (из них, напомню, более 300 млрд долл. приходится на замороженные активы).

Остальная часть активов составила триллион долларов (точно: 1.007,5 млрд долл.). Это накопленные за рубежом инвестиции российских компаний и иных российских юридических и физических лиц. Но, как полагаю, один триллион долларов — только верхняя часть айсберга. Большая часть вывозимого из России частного капитала в официальную статистику не попадает.

Во-первых, за кадром оказывается вывоз капитала, осуществляемый контрабандным путем. По контрабандным каналам вывозятся сырье и другие товары. Выручка от такой контрабанды в Россию не возвращается, увеличивая неофициальные активы российского происхождения за рубежом. Согласно экспертным оценкам, по контрабандным тропам из России вывозится товаров на сумму не менее половины величины официального экспорта.

Во-вторых, значительная часть товаров, вывозимых по легальным каналам и учитываемых таможенной статистикой России, декларируются по заниженным ценам.

Я об этом писал в своей статье «Бандитский демпинг»: Россию грабят на триллионы долларов. И делают это не враги".

Так что зарубежные активы российских частных инвесторов измеряются не одним, а несколькими триллионами долларов. Эти активы лишь условно можно назвать «российскими», поскольку большая их часть немедленно попадает под контроль Запада. Поизучайте истории некоторых российских олигархов, чтобы понять, что конечными бенефициарами легального и нелегального вывоза капитала являются не российские олигархи, а те, кто когда-то (еще в годы чубайсовской приватизации) назначил этих олигархов «управляющими» предприятиями и прочими реальными активами в российской экономике.

Российские зарубежные активы самого разного происхождения и профиля неизбежно будут переходить (и уже переходят) под контроль Запада. Иногда незаметно, а иногда посредством прямой экспроприации. Вариантов такого перехода и способов экспроприации много.

Возьму самый свежий пример — события в Венесуэле, связанные с похищением американцами президента страны Николаса Мадуро и его жены. Очевидно, что США постараются поставить под свой эффективный контроль управление этой латиноамериканской страной. Такое управление, при котором в Венесуэле и духа России быть не должно.

А ведь Россия вложилась в Венесуэлу неслабо. Причем инвестиции в эту латиноамериканскую страну осуществляло преимущественно российское государство (учитывая особую военно-политическую значимость страны). «Роснефть» в первой половине прошлого десятилетия вложила около 9 млрд долларов в проекты в Венесуэле. В 2020-м году, по данным РИА «Новости», инвестиции Роснефти в Венесуэлу достигли уже 14 млрд долларов.

Вот какую подборку цифр по нашим вложениям в Венесуэлу нашел в телеграм-канале «Честные новости»: «…в 2025 году компании из РФ продлили совместные нефтяные проекты до 2041 года. Речь про инвестиционные суммы в размере около 620 млн долларов…

Также не стоит забывать, что режим Мадуро должен России около 3−3,5 млрд долларов. Это бонусом к 17 млрд, которые РФ инвестировала в Венесуэлу. Все эти деньги, вероятно, сгорят, если Трамп снесет Мадуро. Пострадает и наш ВПК. Около 4−5 млрд долларов Москва выделила Каракасу для закупок российского вооружения"

А вот цифры с сайта «Царьград»: «По подсчётам Reuters, с 2006 по 2017 годы Россия выделила 17 млрд долларов, которые шли и правительству, и нефтяной компании PDVSA. Кроме того, деньги получал и предыдущий президент Венесуэлы Уго Чавес. Также известно, что в 2017 году Каракас договорился с Москвой об отсрочке платежей на 10 лет».

Не буду читателя перегружать цифрами из разных источников. По моим оценкам, на начало 2026 года различные российские активы в Венесуэле составили не менее 25 млрд долларов. По отношению к суммарной величине зарубежных активов (кроме международных резервов) РФ — примерно 2,5%. Вкладывались на протяжении по крайней мере двух десятилетий, а теперь все коту под хвост! Уж если вкладываться, то надо уметь защищать свои активы!

А ведь кроме Венесуэлы под ударом российские зарубежные активы находятся и в других, вроде бы «дружественных» странах. Так, уже в 2024 году российские инвестиции в газовую промышленность Ирана достигли 8 млрд долларов.

А ведь Вашингтон уже в первых числах нового года заявил, что может вмешаться во внутренние дела Ирана для того, чтобы «навести порядок» (в связи с начавшимися волнениями). Понятно, что США хотят поставить под полный контроль эту ближневосточную страну. И наши инвестиции там также будут коту под хвост.

Большие деньги, которые Россия вкладывает в «дружественные» страны, вообще назвать инвестициями нельзя. Это так называемая «безвозмездная помощь, которая, конечно же, в международной инвестиционной позиции России отражения не находит. Так, нас в прошлом году полностью и окончательно выдавили из Сирии, которая считалась «очень дружественной» страной. На укрепление наших двух военных баз и на военную помощь Асаду были истрачены миллиарды долларов. И опять же все коту под хвост.

Если мы теряем активы в «дружественных» странах, то, тем более, мы их потеряем (и уже отчасти потеряли) в тех странах, которые называем «недружественными». А ведь на них приходится более 90% всех зарубежных активов России (кроме международных резервов).

Судя по данным статистического отчета «Международная инвестиционная позиция Российской Федерации», мы с Западом не воюем, а играем в поддавки.