«Локомотив» устал: ОПК России не может больше тянуть всю промышленность

По итогам прошлого года, согласно данным Росстата, рост российской экономики почти остановился. Прирост валового внутреннего продукта составил лишь 1 процент. Прирост символический — как говорят экономисты, «в пределах статистической погрешности».

Для сравнения: в 2023-м прирост был 3,6%; в 2024-м — 4,3%. Это два редчайших в истории Российской Федерации года, когда темпы экономического развития страны были даже несколько выше среднемировых. А так, обычно, Россия отставала от мировой экономики в целом, что вело к снижению доли страны в мировом ВВП.

Чем же был вызван неожиданный всплеск экономической активности в 2023—2024 гг. Тем, что в связи с СВО были резко увеличены бюджетные расходы на оборону. Вот официальные данные о бюджетных расходах по разделу «Национальная оборона» за последние годы (трлн руб.): 2021 г. — 3,5; 2022 г. — 4,7; 2023 г. — 6,8; 2024 г. — 10,8; 2025 г. — 13,5. Рост почти в четыре раза за пять лет.

Читайте также

Статистический шум: Путин устроит нагоняй министрам — цифры в плюсе, промолчит — опять минус прёт Май 2026 года для российской промышленности оказался совсем не «ласковым»

А вот показатель доли военных расходов в бюджете (%): 2021 г. — 14,5; 2022 г. — 17,5; 2023 г. — 19,0; 2024 г. — 29,5; 2025 г. — 32,5. Почти треть всех бюджетных расходов на оборону — беспрецедентно высокий показатель со времен Советского Союза. Кстати, рекордным в прошлом году был также показатель доли оборонных расходов в ВВП — 6,2%. Он стал рекордным не только для постсоветской России. Он один из самых высоких во всем сегодняшнем мире.

Значительная часть этих расходов пошла на оплату государственного оборонного заказа (ГОЗ). Львиная часть казенных денег досталась предприятиям оборонно-промышленного комплекса (ОПК).

Рост производства многих видов оружия и военной техники был взрывным. В 2024 г. предприятия ОПК увеличили выпуск самолетов боевой авиации и бронетанковой техники в 2,5 раза, легкобронированной техники — вчетверо. В артиллерии по некоторым особо востребованным позициям рост был 15-кратным.

Но кое-что с «барского стола» (т.е. от компаний ОПК) перепало субпоставщикам и субподрядчикам (число которых измерялось многими тысячами). Экономика взбодрилась, что выразилось в росте загрузки производственных мощностей, а также спросе на рабочие руки и снижении безработицы.

Образно выражаясь, ОПК зарядили «топливом» (бюджетными деньгами), и этот локомотив начал бодро двигаться, потянув за собой весь состав, называемый «российская экономика».

Эксперты утверждают, что за прошлогодним приростом ВВП в 1 процент скрывается все еще энергичная динамика ОПК. На Съезде машиностроителей в минувшем мае первый вице-премьер Денис Мантуров заявил: «Предприятия ОПК увеличили общий объем производства на 21%». Он имел в виду динамику ОПК в 2025 году.

Но запасы «топлива» для локомотива ОПК не безграничны, и он уже не может поддерживать ту рекордную скорость, которая была зафиксирована в 2023—2024 гг. Динамика остальной части российской экономики стала уже околонулевой или даже отрицательной.

Речь о таких отраслях, как угольная, металлургия, легкая и пищевая промышленность, строительство и смежные сферы. Но падения были даже в машиностроении. Особенно сильно просело производство грузовиков, сельхозтехники, автобусов и вагонов. На это повлияли высокая ключевая ставка (дорожали кредиты для предприятий и покупателей), проблемы с логистикой и дефицит некоторых компонентов.

В нынешнем году, судя по всему, «локомотив» экономики — ОПК — получит меньше денежного «топлива», чем в 2025-м. Расходы на оборону заложены в бюджете в размере 12,1 трлн рублей.

Т.е. на 10,4% меньше по сравнению с прошлым годом. А с учетом инфляционного роста цен реальный объем финансирования ОПК должен сократиться еще более существенно.

Судя по всему, «локомотив» уже начинает тормозить. Делаю такое предположение на основе не только своих логических рассуждений или оценок западных разведок и аналитических центров (CSIS, RUSI, Kiel Institute), которые сообщают, что ОПК России уперся в серьезные структурные ограничения.

Конечно, к их выводам следует относиться осторожно. Но, кажется, они подтверждаются острожными заявлениями некоторых российских чиновников. В Екатеринбурге с 6 по 9 июля проходила 16-я международная промышленная выставка «Иннопром». 7 июля на полях выставки была проведена коллегия Минпромторга под руководством главы ведомства Антона Алиханова.

На заседании присутствовал куратор министерства первый вице-премьер Денис Мантуров. На выездной коллегии обсуждались актуальные вопросы состояния и перспектив российской промышленности. Выступления чиновников на этой коллегии в изложении попали в СМИ. Тон выступлений — минорный.

Так, Денис Мантуров в осторожных фразах констатировал, что динамика производства в отдельных отраслях промышленности замедлилась и стала сильно неоднородной. Что российские предприятия испытывают давление со стороны спроса, себестоимости продукции и доступности капитала. Что промышленность после периода энергичного роста перешла «на более сложный этап структурной перестройки».

Никакой Америки тут он не открыл. Ведь по данным Росстата, в мае 2026 г. промышленность России снизилась на 0,7% в годовом сравнении (после роста на 1,9% в апреле). Добывающий сектор: спад на 2,7% в годовом выражении (против снижения на 0,4% в апреле).

Обрабатывающие отрасли: рост на 0,5% в годовом выражении (против 3,1% в апреле). Сфера обеспечения электрической энергией, газом и паром, кондиционированием воздуха: сокращение на 2,2% (после роста на 0,9% в апреле). За январь-май промпроизводство в РФ выросло на 0,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Все эти цифры можно охарактеризовать одним словом — «стагнация» (застой).

Более интересным было выступление главы Минпромторга Антона Алиханова. Потому что он говорил больше не про всю промышленность, а про ту ее часть, которая называется «ОПК». Министр отметил, во-первых, что «оборонка» приблизилась к своему пределу по физическим объемам производства.

Во-вторых, она не сможет более тянуть за собой всю обрабатывающую промышленность, как это было ранее.

Читайте также

Профессор Катасонов: Так у нас есть стратегические резервы? Или они только на бумаге? Топливный кризис и отчеты чиновников много вопросов рождают

Алиханов отметил: «ОПК как локомотив роста скоро выйдет на максимальные объемы и высокую базу и не будет, как ранее, давать существенную прибавку в темпы „обработки“ (обрабатывающей промышленности — „СП“)».

Сейчас одним из критических вопросов является следующий: а сможет ли «оборонка» оставаться на тех максимумах, к которым она приблизилась сегодня? Российский бюджет трещит по швам.

По итогам пяти месяцев этого года дефицит бюджета уже превысил 6 трлн рублей. По оценкам экспертов, по итогам года дефицит федеральной казны может превысить 10 трлн рублей. И составить 3,5−4,4% ВВП (что в два-три раза выше запланированного правительством уровня в 1,6%).

Рубль будет обесцениваться, а инфляция разгоняться. В этой ситуации ключевая ставка опять будет повышаться.

В итоге стагнация экономики начнет перерастать в рецессию. Инвестиционный кризис, который охватил российскую экономику (уже четыре квартала подряд наблюдается снижение физических объемов инвестиций в основной капитал), добирается и до «оборонки».

А износ основных фондов в ОПК (в силу их непрерывного, круглосуточного использования на многих предприятиях) выше, чем в гражданских секторах.

Но даже если каким-то чудом в условиях рецессии «оборонке» удастся остаться на нынешнем уровне по физическим объемам производства, этого будет явно недостаточно. В свете того, что Запад наращивает свой военно-экономический потенциал и готовит большую войну с Россией.

Военные расходы НАТО в этом году вырастут на 11% и достигнут астрономической величины 1,8 трлн долларов. Для сравнения: военные расходы России на текущий год оцениваются в 115 млрд долларов.

Для того, чтобы не проиграть в навязываемой нам войне, мы должны в срочном порядке принять меры по экономической мобилизации страны.

Увы, пока никаких практических мер по радикальной перестройке управления экономикой России в условиях идущего уже пятый год вооруженного противостояния с Западом не видно. Время работает против нас.