Дорога в никуда: На БАМЕ начали строить самый дорогой в мире туннель, по которому нечего будет везти

Строители второго Северомуйского тоннеля на Восточном полигоне готовы начать проходку в третьем квартале 2026 года. Об этом глава Росжелдора Александр Сахаров сообщил Михаилу Мишустину. Сахаров явно поскромничал.

Стройка уже идёт: машины для проходки туннеля на почти 16 км через скалы доставлялись с конца прошлого года и уже начали бурение. Осталось только в торжественной обстановке перерезать ленточку, положить первый рельс, или как там решат чиновники.

Новый маршрут, проделанный в сказалах, станет дублёром первого Северомуйского туннеля и основой параллельного маршрута в Китай на БАМе.

Первый Северомуйский туннель спроектировали в 1940 году. Тогда предполагали, что он приведёт к новым российским городам, которые вырастут в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Но потом — Великая Отечественная, следом — понимание, что новых сибирских городов у нас не предвидится.

Читайте также

Топливная лихорадка завершилась — кто же выключил украинские атаки на наши НПЗ? Невнятные успокоительные речи властей только разгоняли панику на АЗС, хотя в реальности всё было под контролем

В итоге в 1975 году первый Северомуйский всё-таки начали строить в расчёте на перевозки в КНР, и построили к 2003 году. Это было весьма уместно: Китаю требовалось много угля, который туда и поехал по открывшемуся туннелю.

Создание Северомуйского дублёра включено в Третий этап модернизации Восточного полигона, который, согласно планам Росжелдора, предусматривает строительство четырех объектов. До конца 2032 года планируется построить дублеры на наиболее узких и загруженных однопутных участках Байкало-Амурской магистрали: Северомуйского, Кодарского и Кузнецовского тоннелей, а также мостового перехода через реку Амур.

Что касается трёх остальных объектов, кроме Северомуйского туннеля, — они не выглядят слишком сложными и дорогими. Крупнейшим искусственным сооружением проекта станет второй шестнадцатикилометровый переход сквозь скалы. Уверенность Сахарова, что этот путь получится построить всего за 6 лет, вызывает уважение, но не доверие. Все транспортные эксперты сходятся на том, что так быстро — невозможно.

Другая проблема проекта: по словам главы Росжелдора, эти транспортные артерии станут ключевым звеном для увеличения провозной способности в Китай до 270 млн тонн. А понадобится ли Китаю столько тонн, когда мы всё это построим? Китайские инвесторы проект одобряют ментально, по-братски, но деньгами в него не вкладываются, потому что опасаются: он может оказаться ненужным.

О том, какую пользу России может принести второй Северомуйский туннель, «Свободной Прессе» рассказал директор Института экономики транспорта и транспортной политики НИУ ВШЭ, ординарный профессор Михаил Блинкин.

— Россия сейчас обладает самыми лучшими в мире технологиями для строительства мостов, туннелей и так далее.

В этой сфере никто даже рядом с нами не стоит, все отстали страшно. Но эти технологии — не дешёвые. Это огромные затраты.

Поэтому даже с учётом того, что мы умеем сделать всё, что нам захочется, нужно смотреть на то, какой будет грузовая база данной магистрали, чтобы не выкидывать деньги на ветер.

Есть риск, что затраты на дублёр Северомуйского туннеля, подобно подземной магистрали на Аляску, не окупится ни за какие сроки.

«СП»: Почему?

— Всё развитие Восточного полигона упирается в те же слова, что я уже сказал, — грузовая база этой дороги. Грузовая база там — это уголь для Китая. Намного больше половины всех перевозок по БАМу и Транссибу — это уголь.

И дальше я обязан, как аналитик и обычный университетский профессор, смотреть на планы КНР по покупке энергетических углей. А Китай свои планы публикует, я не понимаю, почему их не читает Росжелдор.

В КНР хотят отказаться сначала от импорта энергетических углей, а потом — от угольной генерации вообще. Сроки, определённые их генпланом, известны (середина 30-х годов — «СП») но китайцы традиционно движутся с большим опережением своего же плана.

Энергетика КНР уже сейчас стала угольной меньше, чем наполовину. Китай был и остаётся пока ещё самым большим в мире потребителем энергетических углей для производства электроэнергии, но количество угольной генерации в Поднебесной падает год от года. В КНР сегодня половину энергии дают солнечные батареи и другие возобновляемые источники, а кроме этого строятся с участием Росатома новые АЭС. И еще на на газ, в том числе из «Силы Сибири», в КНР переводят генерацию.

Потребление угля в КНР снижается ураганным темпом. И любые наши затраты на Северомуйский туннель, Кодарский и Кузнецовский тоннели, которые сейчас также начинают строить — они обнулятся с большой вероятностью.

Перспектива массового экспорта энергетических углей в Китай выглядела убедительно четверть века назад, но сегодня она вызывает вопросы. Ну нет этой перспективы, говоря честно. Китайцы в ближайшие 10 лет с импортом угля завяжут. И чего бы будем делать со всеми этими туннелями и гигантскими затратами на них?

Объёмов груза, который бы мог заместить уголь на Восточном полигоне, у нас нет.

Да и Китаю не понадобятся такие провозные пути к нам. Они отправляют в Россию контейнерные поезда, для которых вполне хватит места на нашей железной дороге при её нынешней провозной способности. А добавится ещё Севморнуть.

Читайте также

Европа с треском проиграла газовую войну, ей же и объявленную России Кто возглавляет топ-лист стран ЕС, наиболее зависимых от нашего СПГ

Во всём мире не наберётся контейнеров на 270 млн тонн в год, на которые ориентируют Восточный полигон.

И куда мы строим эти туннели? В этом вопрос. Энергетическая стратегия России, очень спорная, говорит о том, что мы будем поставлять энергетические угли в страны АТР многие десятилетия. Но сами страны азиатско-тихоокеанского региона этого не подтверждают.

«СП»: Эти транспортные артерии могут быть оправданы тем, что мы построим там новые города на территории России.

— Не предвидится этого пока. Сейчас важнее сохранить и не потерять не населённые пункты, которые уже существуют.

Ещё присутствует забавная конкуренция внутри российских энергетических групп: газовики борются с угольщиками за поставки в Китай. Они соревнуются так, как будто бы мнение импортёров их не интересует.

Типа того, что китайцы и страны АТР будут покупать всё, что мы им предложим, как миленькие. Китай и товарищ Си — наши друзья, но они не станут в плане благотворительности покупать то, что им больше не нужно.

И все наши чиновники от энергетики гонят от себя «предательскую» мысль, что наш энергетический товар может быть не востребован. А если кто-то эту мысль всё же высказывает, то чиновники списывают это на происки врагов.