На что власть обрекает россиян, отказавшись от американских лекарств

И что нам подсунут вместо оригинальных препаратов

  
7827
На что власть обрекает россиян, отказавшись от американских лекарств
Фото: DPA/TASS
Материал комментируют:

Внесенный в Госдуму законопроект о запрете на импорт американских медпрепаратов поверг значительную часть жителей России в шок. Парламентарии заявили, что многие препараты мы производим не хуже американцев и можем с легкостью от них отказаться. Вице-спикер Госдумы Петр Толстой вообще порекомендовал россиянам лечиться корой дуба или боярышником. Потом, правда, стал оправдываться и говорить, что это была шутка, но нам то не до шуток. Эксперты считают, что отказ от американских препаратов может привести к катастрофе — заменой оригинальным препаратам станут дешевые низкокачественные аналоги.

В списке лекарств, которые могут попасть под запрет — 140 торговых марок. Среди них много всем известных препаратов (жаропонижающих, слабительных, применяемых при болезнях суставов, повышенном давлении, проблемах с потенцией и т. д.), но есть и препараты, назначаемые при онкологии, орфанных заболеваниях, муковисцидозе.

Пациентские организации бьют тревогу, утверждая, что под санкции подпадет масса пациентов с гепатитами, онкологией, ревматоидным артритом, эпилепсией. Лига защиты пациентов собирает подписи под петицией о недопустимости запрещать ввоз лекарств на change.org. За несколько дней ее подписали более 140 тысяч человек. Госдума к рассмотрению вопроса собирается вернуться 15 мая.

Читайте также

— И эти санкции бьют в первую очередь по нашим людям, — считает Елена Григоренко, эксперт агентства экспертизы и аналитики фармрынка «Сигнум маркет аксесс». — Можно запретить американские газированные напитки, это тоже плохо, но никто не умрет, а вот с лекарствами все по-другому. В таких очень тонких направлениях как онкология, онкогематология, особенно детская — это может привести к печальным последствиям. И стать страной сбыта для некачественных препаратов из Индии и Китая — тоже ой как не хочется.

Достаточно быстро на эту новость отреагируют китайские, индийские, африканские производители и постараются выйти на наш рынок со своими препаратами. Уже сейчас третьи страны активизировались. Это не всегда означает намного худшее качество, но всегда — гораздо более низкую ответственность за препарат и пациентов. Их задача зарегистрировать лекарство и продавать, а наблюдений, исследований, они уже, как правило, не ведут. Потому что являются производителями дженериков, а не оригинальными разработчиками.

«СП»: — А препараты-аналоги — дженерики — чем так уже плохи? Есть эксперты, которые говорят: формула одна и та же, ничего страшного!

— Вот, например, у вас на губе образовался герпес. Вы приходите в аптеку и вас, как обычно, там спрашивают: вам препарат подешевле или подороже? Вы покупаете подешевле (российский или белорусский аналог), и за неделю герпес проходит, но если бы вы купили оригинальный препарат, герпес бы прошел за 3 дня.

«СП»: — Почему?

— Потому что когда компания придумывает новую молекулу — это очень долго и очень дорого, и у них всегда есть некое ноу-хау. И когда потом начинает выпускать аналоги — формулу повторяют, а ноу-хау никто не может раскусить. Поэтому у оригинальных препаратов меньше «побочек» и выше эффективность.

И второй момент, о котором у нас не принято говорить. Когда производят дженерик, он сдается на тестирование в Минздрав, там проверяют его качество — в большом количестве, на всех методиках. Но дальше начинается продажа. И дальше кто-то отслеживает, что происходит — как и из какой субстанции он делается? Никто не знает! У нас ведется контроль каждой ввозимой серии лишь по внешнему виду и упаковке. У серьезных препаратов исследуют несколько образцов партии. Но это касается далеко не всех. А если это произведено у нас — тем более не такой сильный контроль.

Вот, например, случай с одной индийской компанией, которая делает антибиотики. В Москве и Питере она продает качественный товар, а за Уралом некачественный. Представьте: детям с пневмонией колют препарат, а он не помогает — им легкое отрезают! А когда начали искать причину, выяснилось, что больница по правилам должна была закупить самый дешевый препарат, а самым дешевым оказался этот индийский дженерик. Причем, это не фальсификат, не контрафакт, просто туда не доложили 10% активного вещества. Для препаратов типа аскорбиновой кислоты это не так важно, но когда идет речь об антибиотиках, об онкоиммунологии — это страшно!

Никто вам не скажет, что дженерики — это плохо, они есть во всем мире. Но надо так выстроить контроль, чтобы дженерик не болтался в рамках 20% погрешности. Для лекарственного препарата это очень много.

«СП»: — У американских и европейских производителей другие стандарты качества?

— Конечно! Их заводы тоже расположены по всему миру, но есть стандарты, за которыми они очень следят. Потому что в Америке и в Европе принято судиться с корпорациями, если что-то пошло не так. Конечно, бывает, что и они прокалываются — но частота гораздо реже.

Я переживаю — если этот запрет введут, нечем будет лечить детей трансплантированных — и это очень плохо. Мы снова будем просить тех, кто выезжает за границу, привезти препараты. Наша страна вообще своими странными правилами — например, о принудительном лицензировании, когда во всем мире действует патент на препарат, а у нас нет — просто может перестать быть интересной вот этой высокоинновационной фарме. И мы останемся без доступа к новейшим разработкам. Будем ждать свои? Но, похоже, это произойдет уже не в нашей жизни. А хотелось бы сейчас.

«СП»: — Медики говорят, что многие современные препараты на нашем рынке и сейчас не представлены…

— В последние годы наблюдаем существенное снижение заинтересованности в российском рынке. У нас вообще не регистрируются детские дозировки — врачи вынуждены применять препараты для взрослых. Очень тяжело получить разрешение на такие исследования, и компании, как правило, не тратят на это денег. В Америке и в Европе выходят новые препараты, но в России они появляются лишь спустя годы.

Два года мы регистрировали препарат от рака, позволяющий вылечиться при мелономе, раке легкого — радовались, что наконец он стал доступным для наших пациентов. Но тем временем в мире уже вышли препараты, которые не только рак легкого лечат, но и рак мочевого пузыря. У нас ничего подобного нет — если у человека рак мочевого пузыря, по сути, это приговор. Только в этом году препарат наконец появится в России.

«СП»: — Почему это происходит?

— У нас сложная регуляторная система — например, получить разрешение на регистрацию детского препарата можно только после того, как проведены исследования на взрослых. Хотя они непоказательны, и это огромные дополнительные расходы. И разрешение получить сложно. С одной стороны, это правильно, с другой стороны, очень многие препараты не могут пробиться. А потом — если европейцы знают, что они зарегистрировали препарат, и государство будет его закупать, то у нас они не в чем не уверены — гарантированного сбыта нет — и не хотят рисковать большими деньгами. Зато идущие следом китайцы с дженериком могут уже быстро зарегистрироваться. Государство никаких защитных мер не предлагает. И интерес к России падает.

Читайте также

В результате возникают такие ситуации, как недавняя — когда ребенок умирал в Морозовской больнице на наркозе. Оказалось, что у нас нет препарата, который должен быть в каждой реанимации — от гипертермии (когда на наркозе возникает побочная реакция в виде высокой температуры, от чего человек гибнет). У нас его нет: компаниям это невыгодно, а государство не хочет заполнять пробелы. Хотя Минздрав мог бы сказать: такие препараты нам нужны, не будем с вас брать деньги за регистрацию — привозите.

«СП»: — А почему не получается делать качественные лекарства здесь?

— Все, что мы делаем — в основном, льем простые растворы, делаем витаминки. Есть кое-какие дженерики, в очень небольшом количестве. Вы слышали, чтобы в России работали над каким-то новым концептом онкологического, кардиологического препарата? Это очень долго и очень дорого, нужны деньги и на клинические исследования, и на регистрацию — это миллионы долларов. И государство вовсе не гарантирует, что будет такой препарат покупать. И с дженериком также — производителю нужно работать в полях, доказывать, что его препарат достоин. И по цене они не особо падают. Оригинальный производитель может снизить цену на те же проценты.

Пока у нас ничего нет, это очень длинные инвестиции, и нужно лет 20 или больше, чтобы эта отрасль заработала. И тогда уже можно возмущаться и говорить американцам — не хотим ваши препараты. А сейчас просто нужно честно сказать: в этом направлении они ушли дальше, чем мы. И поспешных решений тут принимать нельзя — иначе они ударят в первую очередь по нам самим.

Новости медицины: Создана вакцина, спасающая от рака желудка

Новости здоровья: Ученые: занятия спортом делают память лучше

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Рябов

Руководитель экспертной группы «Крымский проект», политолог

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня