США вербуют Иран на войну

Сблизятся ли Москва, Вашингтон и Тегеран для борьбы с «Исламским государством»?

3905

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров разглядел новые возможности для формирования широкой коалиции для борьбы с «Исламским государством» (ИГ) * в связи с достижением соглашения по иранскому ядерному досье. Об этом говорится в официальном заявлении министра, распространенном 14 июля. «Устраняются преграды, во многом искусственные, на пути формирования широкой коалиции для борьбы с „Исламским государством“ и прочими террористическими группировками», — подчеркивается в документе.

Кроме того, глава внешнеполитического ведомства отметил, что с достижением соглашения по иранской ядерной программе создаются дополнительные стимулы для продвижения к созданию на Ближнем Востоке зоны, свободной от оружия массового уничтожения.

На деле, видимо, Лавров говорит о том, что теперь ничто не мешает Ирану присоединиться к международной коалиции во главе с США, которая уже воюет с ИГ. Напомним: в сентябре 2014 года, в кулуарах переговоров по иранской ядерной программе, Вашингтон уже предлагал Тегерану совместно действовать против радикальных исламистов.

«Международная коалиция против ИГ создается не только для сугубо военных целей, участие в ней может проходить в разных областях и Иран может стать ее частью. Есть важная задача — развенчать миф о религиозном движении, под личиной которого действует на самом деле экстремистский военизированный культ», — заявил тогда госсекретарь США Джон Керри.

Однако Тегеран это предложение не принял. Американские военные аналитики высказывали мнение, что для Ирана, с которым у США нет дипломатических отношений, присоединиться к коалиции «было бы неуместно», несмотря на наличие общего врага в лице боевиков ИГ.

В результате, Иран предпочел воевать в Ираке и Сирии своими силами. В частности, Тегеран поставил Багдаду штурмовики Су-25. Кроме того, в Ирак на помощь курдским ополченцам были направлены шиитские вооруженные группы, сформированные на иранские деньги и прошедшие военную подготовку в Иране.

Но в этой войне Ирана порой возникали странные эпизоды. Так, в декабре 2014 года самолеты ВВС Ирана нанесли авиаудары по позициям «Исламского государства» на территории Ирака. Об этом заявил пресс-секретарь министерства обороны США Джон Кирби. «У нас есть свидетельства, что иранцы действительно в течение нескольких дней нанесли авиаудары в Ираке, используя истребители F-4 Phantom», — сказал представитель Пентагона.

Что симптоматично, Кирби особо подчеркивал, что Иран не координирует свои действия с США и международной коалицией. Однако западные СМИ усомнились в такой версии событий. По мнению западных экспертов, иранские ВВС не смогли бы наносить удары в районе, буквально кишащем истребителями ВВС США и других стран-участниц коалиции, если бы координация действительно отсутствовала.

Словом, не исключено, что США и раньше негласно опирались на Иран в борьбе с ИГ. Теперь, судя по заявлению Лаврова, военное сотрудничество Вашингтона и Тегерана может стать масштабным и официальным.

Станет ли Иран союзником США в войне против «Исламского государства»?

— Иран ведет с «Исламским государством», по сути, религиозную войну, — отмечает заместитель директора Российского института стратегических исследовании (РИСИ), соавтор монографии «Иран в современном мире» Владимир Новиков. — Кроме того, часть боевиков ИГ поддерживает давний соперник Ирана — Саудовская Аравия. Поэтому — в теории — Тегеран мог бы принять участие в международной коалиции. В пользу такого решения, возможно, работает еще один момент. Участие в коалиции, вполне вероятно, даст Ирану возможность обойти оружейное эмбарго, которое соглашение по иранской ядерной программе продляет еще на пять лет, и наладить импорт вооружений.

С другой стороны, под участием Ирана в коалиции наверняка подразумевается участие вооруженных сил Исламской республики в крупномасштабной наземной операции. И готов ли на это Тегеран — вопрос открытый.

«СП»: — Какие для Ирана минусы в том, что он расширит борьбу против ИГ?

— Далеко не факт, что иранское общество одобрит участие страны в полноценной, масштабной войне. Судите сами: только-только заключена историческая сделка по ядерной программе, с Ирана снимают международные санкции, по идее, люди должны начать жить лучше. И вдруг оказывается, что «сделка века» несет за собой участие в серьезной войне, со всеми вытекающими последствиями.

Кроме этого, участие в масштабных боевых действиях означает дополнительную нагрузку на иранскую экономику. В этом случае, с точки зрения Тегерана, игра не стоит свеч без полного одномоментного снятия санкций и получения дополнительной финансовой помощи со стороны Запада.

Плюс к тому, участие Ирана в коалиции будет сигналом для проамериканских государств региона — Саудовской Аравии и Катара — что позиции Ирана существенным образом усиливаются. А такой поворот монархиям Персидского залива совсем не на руку.

Наконец, не стоит забывать, что втягивание Ирана в коалицию будет происходить на фоне реализации соглашения с «шестеркой», а насколько успешным будет воплощение венских договоренностей в жизнь — еще один открытый вопрос.

Если вопрос со снятием санкций по каким-либо причинам начнет затягиваться, Тегеран может пойти на попятную. Я не исключаю, что меджлис в таком случае проголосует за разрыв соглашения, в результате чего окончатся провалом и попытки интеграции Ирана в ряды международной коалиции.

«СП»: — Насколько США заинтересованы в том, чтобы заставить Иран таскать каштаны из огня в борьбе с ИГ?

— Чрезвычайно заинтересованы. «Исламское государство» представляет прямую и непосредственную угрозу национальным интересам США. С точки зрения американцев, чем больше государств удастся втянуть в войну против ИГ, тем лучше. А Иран, пожалуй, единственная страна в регионе, которая способна провести сухопутную операцию против боевиков и одержать в ней победу…

«СП»: — Предполагает ли широкая международная коалиция против ИГ участие в ней России?

— Россия, безусловно, заинтересована в том, чтобы «Исламское государство» было разбито. Однако я сомневаюсь, что РФ нужно, бросив все внутренние и внешние дела, принять участие в активных боевых действиях на Ближнем Востоке в составе коалиции. Да, мы можем обмениваться с коалицией разведывательной информацией в рамках борьбы с терроризмом, но я плохо представляю более тесное сотрудничество с теми же Штатами, учитывая нынешний уровень наших отношений с Западом. Думаю, о прямом участии России в конфликте на Ближнем Востоке речь сегодня в любом случае не идет…

— Негласное взаимодействие США и Ирана уже происходит, — уверен директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии, полковник в отставке Семен Багдасаров. — Например, на иракском театре боевых действий в воздухе работает американская авиация, а на суше — проиранская «Хезболла» и так называемая шиитская милиция, которая готовилась под руководством иранской «Аль-Кудс». Напомню, что «Аль-Кудс» — своего рода спецназ Корпуса стражей Исламской революции, которым командует уже ставший легендарным в регионе генерал Касем Сулеймани. Воюют эти подразделения достаточно эффективно. Достаточно сказать, что из 30 тысяч шиитов, которые успешно взяли штурмом иракский Тикрит (город девять месяцев был в руках «Исламского государства»), 20 тысяч — как раз шиитская милиция.

На сирийском театре боевых действий ситуация немного другая. Дело в том, что при поддержке США и Турции там создана исламистская коалиция «Джейш аль-Фатех», куда вошел целый ряд оппозиционных структур. Начиная от так называемой Сирийской свободной армии и заканчивая «Джебхат ан-Нусрой» **. Приблизительная численность этих оппозиционеров около 25−30 тысяч человек. То есть сейчас сирийская армия при поддержке «Хезболлы» и иранцев воюет на два фронта: с коалицией исламистов с одной стороны и с боевиками ИГ- с другой.

Чтобы действовать с Тегераном заодно на сирийском направлении, американцам нужно найти с Ираном компромисс по поводу Башара Асада. А такого компромисса пока не просматривается. Не все гладко и на иракском направлении — там курдские пешмерга уже несколько раз вступали в бой с шиитской милицией. Поэтому я бы не стал утверждать, что дело дойдет до участия Ирана в коалиции.

На мой взгляд, если соглашение с «шестеркой» продержится полгода-год, денег у Тегерана станет ощутимо больше, и силовая политика будет вестись шире. Именно поэтому на Иран сейчас делают ставку Соединенные Штаты. В результате, у американцев будут на Ближнем Востоке три стратегических союзника: израильтяне, саудовцы и иранцы. По сути, Вашингтон сейчас начнет сближаться с Тегераном, чтобы руками иранцев решать многие вопросы. Для России такое сближение чревато рядом неприятных сюрпризов…

— Иран является покровителем режима Башара Асада, тогда как Соединенные Штаты не изменили своего взгляда на этот режим, и не считают возможным его поддержку или хотя бы нейтральное к нему отношение, чтобы с его помощью ограничивать исламистов, — отмечает президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — Поэтому взгляды Ирана и американцев на то, как следует противостоять угрозе со стороны «Исламского государства», сильно расходятся.

На мой взгляд, Лавров предлагает делать ставку в борьбе с «Исламским государством» на региональные силы, которые поддерживают режим Асада. Включая Иран, курдов, «Хезболлу», шиитскую милицию. Не думаю, что США разделяют этот подход, и что можно ожидать сближения Вашингтона и Тегерана на почве борьбы с ИГ…


* Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

** Группировка «Джебхат ан-Нусра» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Последние новости
Цитаты
Сергей Духанов

Журналист

Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Лариса Шеслер

Председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины

В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня