«Черный лебедь» американской политики

Известный писатель, политолог и публицист Кирилл Бенедиктов выпустил политическую биографию Дональда Трампа. Случилось это ровно накануне грядущей развязки американской президентской гонки.

При всей моей симпатии лично к Трампу, «реднекам» и старой доглобалистской Америке, я не разделяю лихорадочного настроя многих коллег по цеху и просто русских людей доброй воли, впавших в настоящее трампобесие. Долгие обсуждения кандидатских дебатов с рефреном «как наш рыжий-то ведьму уделал!», ночные бдения над соцопросами и гневные разоблачениями попыток манипуляции оными, бичевания грязных информационных технологий, горести от скандалов, дискредитирующих Трампа, и радость от тех, что бьют по Монике, sorry, Хиллари… Понимаю важность заокеанской кампании для судеб мира, но явно не мое.

А уж использование Трампа в агитационных иллюстрациях партии «Родины» для меня и вовсе диковато, как и вообще любое вовлечение образов зарубежных политиков во внутрироссийскую политику. Ясен вектор благих намерений — возлюбим «правильную» зарубежную княгиню Марью Алексеевну и построим с ней мир, где каждый будет сам себе Марья Алексеевна. Но по факту получается явление, типологически схожее с надеждами наших либералов на то, что Моника, sorry, Хиллари «прийде — порядок наведе». Истина, думаю, где-то посередине. Победа Трампа, возможно, принесет нам тактические геополитические дивиденды, но лишь победа неистовой фанатичной Моники, sorry, Хиллари даст призрачный шанс на вынужденную модернизацию и национализацию нашей катастрофически скверной политической системы и аналогичного по качеству управленческого класса. Согласен с Освальдом Шпенглером в том, что внешняя политика важнее внутренней, вот только с разваленным тылом сильно не повоюешь… Ладно, не будем о грустном.

Внимание, которое автор книги о Трампе уделяет на Фейсбуке американским выборам, тоже выходит за понятные и приемлемые для меня границы. Но это можно сказать про четверть моей ленты, если не треть. Что ж, обижаться из-за этого на хороших людей моих или близких к моим взглядам? Собственно, именно поэтому выход книги Бенедиктова меня порадовал. Лучше один раз мощно и весомо сказать о феномене Трампа от лица русских трампистов и одновременно для русских трампистов, а также, что более важно, для трампоскептиков, чем размазывать тему днями и ночами. Полагаю, что Кириллу это удалось.

Книга называется «Черный лебедь. Политическая биография Дональда Трампа». «Черным лебедем», как известно, называется теория, согласно которой у любого масштабного и вроде бы совершенно неожиданного события после того, как оно произошло, легко можно найти весомые, но вовремя не обнаруженные предпосылки. Бенедиктов с аргументами и фактами доказывает, что главная неожиданность нынешних заокеанских выборов на самом деле не могла не произойти, вопрос был лишь в том, какую она обретет фамилию. В русской эмиграции 1930-х была популярна идея «комкора Сидорчука» — рано или поздно некий командир Красной Армии, фамилию которого публика пока не знает, совершит военный переворот, который свергнет Советскую власть либо, как минимум, кардинально изменит ее суть и лицо. «Сидорчук» не случился — вполне вероятно, ему не дали случиться, все-таки репрессии 1936−1938, особенно в части, касающейся армии, слишком сложная тема, чтобы сводить ее к хрущевско-перестроечному «сухорукий панароик по злобе душевной сгубил весь цвет комсостава». Так вот, Трамп — это такой звездно-полосатый Сидорчук, которого совокупное американское НКВД проглядело, и теперь всячески старается исправить свой промах.

Ранее мне уже довелось бегло прочитать одну биографию Трампа, изданную в России. Ее авторы — хорошо известные по своим предыдущим книгам и штудиям Владимир Соловьев и Елена Клепикова, давно живущие в Америке. Они, в том числе и на страницах исследования о Трампе, подчеркивают, что давно обрели двойную идентичность, став русскими американцами или американскими русскими. Поэтому их книга особенно ценна — она позволяет немного понять, чем именно Трамп и настроения, вынесшие его в финал президентской гонки, близки русской душе. Вскоре, в феврале, исполнится 60 лет со дня рождения выдающегося русского мыслителя Вадима Цымбурского, некогда сформулировавшего гениальную концепцию под названием «Остров Россия» — по Цымбурскому, России лучше всего отгородиться от остального мира, включая основную часть постсоветского пространства (и отгородиться этим самым пространством), став «самой-для-себя» цивилизацией, даже «самой-для-себя» планетой. Я искренне полагаю, что Россия может существовать либо по Цымбурскому, либо по Достоевскому с его всечеловечностью, срединные варианты просматриваются с трудом и болезненны именно своей компромиссной срединностью.

Эти варианты парадоксальным образом близки и похожи друг на друга, недаром сам Достоевский сформулировал задолго до Цымбурского его кредо: «Широк русский человек, я бы сузил». В русской душе безбрежная общинность и желание объять весь мир совмещается с регулярным угрюмым желанием «бросить все и уехать в Урюпинск». Крайности сходятся, и во многом за счет русских скитальцев, желающих «уехать в Урюпинск», наша страна раздвинулась до Тихого океана и поневоле стала претендовать на вселенскость. Американцы, имперская, как и мы, нация, очень в этом похожи на нас. Они тоже упорно продвигали фронтир за счет угрюмых переселенцев, а теперь, не только крайне раздвинувшись территориально, но и внезапно причастившись сомнительного удовольствия нести свет демократии в Ливию и Афганистан, хотят бросить все и уехать в свой Урюпинск — не знаю, какие места у них в этом статусе, Аппалачи, видимо. Трамп — такой достоевско-цымбурский типаж, тем нам и симпатичен.

Однако найти в каком-то объекте симпатичные родственные черты — отнюдь не значит сблизиться с ним или обрести весомые надежды на таковое сближение. Самые жесткие противостояния, как известно, внутривидовые. Важно понять, что нам сулит появление в Белом Доме рыжего скандалиста, кроме чувства глубокого внутреннего удовлетворения? Если Соловьев и Клепикова неплохо показали, в чем Трамп нам близок, то Бенедиктов разобрал, чем эксцентричный миллиардер может (именно может, а не обязательно будет! — для меня это ключевое уточнение) быть для России хорош. Второе сейчас важнее первого, и этим книга Кирилла ценна для вдумчивого читателя.

Конечно, купить и внимательно прочитать «Черного лебедя» до дня выборов вряд ли успеют многие. Но книга, и в этом дополнительная грань ее ценности, после выборов, даже если победит Моника, sorry, Хиллари, не утратит актуальности. Люблю я литературные отсылки, не знаю, достоинство это мое или недостаток, короче, не удержусь и здесь. Есть такой рассказ у Аркадия Аверченко, называется «Сазонов» — о том, как обманутый муж пришел убить любовника жены, а тот его утешил и успокоил, сказав, что тогда надо убивать всех мужчин подряд, ибо каждый мужчин является «Сазоновым» для какой-нибудь замужней женщины, возможно, живущей в тысячах верст от него, и если женщина всю жизнь была верной своему супругу, то лишь потому, что никогда не столкнулась со своим личным «Сазоновым». США и весь мир, вроде бы крепко и навсегда связанные узами брака с либеральным глобализмом, своего «Сазонова» уже встретили, и он, безусловно, шире конкретного Трампа, пусть республиканский кандидат и довольно щирокоплеч. Книга Кирилла Бенедиктова тоже шире, чем просто биография Трампа, поэтому в ближайшей перспективе вряд ли устареет.