Уходить ли России из Сирии — или дружить с новыми «властями»

Россия должна запустить процедуру исключения пришедшей к власти в Сирии группировки «Хайят Тахрир аш-Шам» * из списка террористических организаций для предотвращения гуманитарной катастрофы, заявил глава Чечни Рамзан Кадыров.

Конечно, иметь дело с новыми де-факто властями Сирии рано или поздно придется, или надо просто закрывать посольство и убираться вместе с базами. Но нужно ли их признавать?

— Предложение признать новую власть в Сирии, сняв с ХТШ* статус террористов, и тем более начать оказывать им помощь, выглядит спорным, — говорит редактор «АПН Северо-запад» Андрей Дмитриев.

— После падения режима Асада, в который Россия вложила немало, мы видели множество кадров наведения нового порядка — с расстрелами безоружных бывших военных, издевательствами над христианами, осквернением церквей, глумлением над могилами и тому подобными вещами.

Понятно, что какие-то коммуникации даже и с «бармалеями» выстраивать надо, но вкладываться в укрепление их власти, отправлять гуманитарку, после того как 10 лет их бомбили, не имеет никакого смысла.

А о судьбе баз в Хмеймиме и Тартусе надо договаривать с хозяевами боевиков, а именно с Турцией. Целесообразность их сохранения под вопросом, поскольку Реджеп Эрдоган в этом случае получает шикарный рычаг давления на РФ. Хочу — разрешаю снабжение, не хочу — перекрою. А в обмен можно много чего требовать от России в политических и экономических делах, мы попадаем в определенную зависимость от султана.

С большой долей вероятности Сирию ждет хаос и гражданская война, она собственно уже идет. В этой ситуации ставки лучше делать на конкретные дружественные группы населения. Скажем, американцы давно и успешно работают с курдами — это ещё и нефть, и пшеница. Израиль поддерживает сирийских друзов, которые хотят присоединиться к еврейскому государству, и, похоже, близки к реализации этого плана.

России стоило бы присмотреться, например, к тем же алавитам в Латакии, к арабам-христианам, к формирующимся группам сопротивления исламистам. Власть своего единоверца Асада алавиты защищать не стали, но объективно имеют свои интересы и будут их отстаивать, а также дружественно настроены к России…

— На самом деле в этом есть понятная житейская логика, — уверен доцент Департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ Владимир Блинов.

— Отныне захватившее Сирию движение превратилось в реальную власть, и договариваться с ними, безусловно, придется, учитывая нахождение там российских военных баз и огромных вливаний в экономику страны. Это необходимо для сохранения контроля за активами и имуществом.

Высказанное Рамзаном Кадыровым мнение, конечно, необязательно станет руководством к действию для МИДа, но позволит самому ему выступить переговорщиком с ХТШ, что часто практикуется руководителем Чечни в отношении арабских государств.

Как мы знаем, даже Талибан*, приезжавший в Россию для встречи с официальными лицами, по сей день сохраняет статус террористической организации.

Понятно, что казнь Наджибуллы не могла остаться незамеченной для России, но на сегодняшний день афганское правительство, ставшее партнером в решении региональных вопросов в Центральной Азии, коренным образом изменилось.

Маловероятно, что российское руководство будет так же спешно переобуваться в Сирии. Это не в наших правилах. Договариваться — можно, а вот поддерживать и оказывать символическое одобрение — преждевременно.

— Вероятно, Кадыров хочет создать благоприятный фон для переговоров с силами, ныне контролирующими Дамаск, скорее всего, намекая и на свои возможности для выстраивания такого диалога, — говорит директор по аналитическим проектам Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков.

— Другое дело, что для ХТШ не является заметной проблемой нахождение в списке террористических организаций в России, поэтому и серьезным аргументом на переговорах с новыми хозяевами Дамаска этот факт вряд ли станет.

Вероятно, по этой причине и Рамзан Кадыров в последние дни упоминал и другие темы, которые де-факто могли бы обеспечить некую платформу для переговоров с переходным правительством в Дамаске.

В частности, опровергнув приостановку поставок российского зерна в Сирию и пообещав, при необходимости, «обеспечить необходимое количество пшеницы» для таких поставок — то есть, вероятно, намекая таким образом, что все эти вопросы можно будет решить на уровне российского руководства.

«СП»: Так ли важно нам остаться в Сирии?

— Слишком много игроков объективно заинтересованы добиться вывода российских военных баз из Сирии. Российское военное присутствие в стране невыгодно ни той же ХТШ, ни Турции. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас также упоминала, что «избавление от российского влияния» — важный аспект для диалога Евросоюза с переходным правительством в Дамаске, вероятно схожие условия поставят и США.

Возможно, на фоне других проблем, с которыми будет сталкиваться переходное правительство в Дамаске, давление на Москву по поводу военных баз будет оказываться не в полную силу. Возможны и определенные элементы торга по этому вопросу. Но, все же, пока выше вероятность, что российские военные базы из Сирии будут стремиться поступательно вытеснять.

«СП»: Между тем, страны Запада и их союзники одна за другой возвращают посольства в Дамаск, а в США и Британии уже заявили о возможности снятия с ХТШ статуса террористов. То есть мы с ними на одну доску встаем?

— Не секрет, что свержение Башара Асада было воспринято многими, в том числе среди западных политиков, как аргумент в пользу усиления давления на Москву. В целом же возможности России по работе в регионе Большого Ближнего Востока будут связаны все с тем же известным ключевым вопросом — на каких условиях завершится или будет заморожен российско-украинский конфликт и сколько ресурсов после этого Россия сможет направить на продвижение своих интересов в других регионах.

Если говорить о тех же отношениях Россия-Иран на фоне сирийского кризиса, стоит учитывать, что Тегеран также не сжигает мосты с новыми хозяевами Дамаска. Так, посол Ирана в Сирии Хосейн Акбари недавно выражал надежду, что иранские дипломаты в Дамаске скорое возобновят работу, а это предполагает достаточно активные переговоры с переходным правительством в Сирии, в том числе, вероятно, при посредничестве Анкары.

«СП»: Аналогии с Талибаном возможны? В конце концов, мы с ними взаимодействуем много лет, не снимая статуса. Может, и тут так же стоит?

— Возможно, такой путь действительно будет избран и в случае с сирийским сюжетом. А, например, официальные лица российского МИД или представители парламентских делегаций могут, при необходимости, делать акцент на том, что контактируют именно с переходным правительством в Дамаске в целом.

* Признана террористической организацией и запрещена в России