Мягкая сила России: «Ирония судьбы» вошла в глобальную новогоднюю киноклассику

Советский фильм «Ирония судьбы, или С легким паром» Эльдара Рязанова продолжает покорять мир. Британская Guardian включила его в список лучших фильмов для просмотра в канун Нового года. Андрей Мягков в роли мягкой силы России? Именно так.

Вкратце описывая сюжет картины (не все британцы знают его наизусть, как русские), кинокритик Фил Хоуд упоминает город Ленина, термин «мальчишник» (stag party), а актёра Юрия Яковлева, сыгравшего Ипполита, называет «советским Джоном Клизом».

«Путь истинной любви совершает множество нелепых поворотов, а главные герои разжигают славянскую меланхолию, часто доставая гитару и исполняя одну из потрясающих песен Микаэла Таривердиева», — пишет автор рецензии, удивляя россиян осведомлённостью.

Саундтрек к фильму издавался в Британии дважды на грампластинке и цветном виниле. Так что Фил Хоуд вполне подкован для того, чтобы выдавать подобные восторженные оценки. Но какую именно из песен Таривердиева он посчитал «потрясающей»?

Композитор написал для фильма семь оригинальных треков плюс один готовый. Скорее всего, речь идёт о песне «Мне нравится, что вы больны не мной» на стихи Цветаевой. Она наиболее известна и исполнялась, как и другие, совсем юной тогда Аллой Пугачёвой.

Возможно, выбор Guardian фильма с песнями примадонны, из-за СВО сбежавшей в Израиль, а затем на Кипр, и потому ставшей естественным союзником британцев, интригующих против России, объясняется желанием потрафить её антикремлёвской фронде.

Но вероятнее всего, дело не в этом: сила киноискусства такова, что фильм Эльдара Рязанова, как часть русской поп-культуры, не в состоянии отменить ни Guardian, ни Форин-офис, ни британские политики-русофобы, всё больше напоминающие рептилоидов.

(Тёплая «славянская меланхолия» кинокритика — это то, чего так не хватает холодным британским душам на островах, насквозь продуваемых сырыми атлантическими ветрами, не успевающим согреться, сколько не топи камины, как на Бейкер-стрит?).

В пользу этой догадки говорит блестящая компания, в которую попала «Ирония судьбы» в списке Guardian. Там такие мировые киношедевры как «Эпоха радио» Вуди Аллена, «С Новым годом!» Клода Лелуша, «Квартира» и «Сансет бульвар» Билли Уайлдера.

Пока на Западе постигают нюансы загадочной русской души на примере Жени, Нади, Ипполита и Гали, пребывающих в лёгком алкогольном тумане и экзотических советских интерьерах, в самой России триумфальная классика порой подвергается критике.

Так, политолог Сергей Кургинян видит в «Иронии» метафору целой эпохи, когда ценности героизма постепенно уступили место расслабленности. Демонстрация этого на экране не просто отражала реальность, но и формировала новую модель поведения.

Она «предполагала абсолютную враждебность любому духу мобилизации», — актуализирует тему автор. «Открыто и настойчиво декларировалось, что правда на стороне тех, кто на всю эту мобилизацию „кладет с прикладом“, а те, кто не кладут — идиоты», — поясняет он.

Взгляд не новый. Публицист Сергей Кара-Мурза в своей книге «Неполадки в русском доме» указывал, что «надуманная элитарность, аристократичность» героев фильмов Рязанова была подхвачена частью интеллигенции, поддержавшей затем разрушение СССР.

Что ж, в подобной оценке есть изрядная доля истины. Трудные времена создают сильных людей. Таковых зрители видят в образе суровых и крепких матерей великовозрастных «деток» Жени и Нади. Лёгкие времена, увы, плодят слабаков, флюгеров и коллаборантов.

Время съёмки и действия «Иронии судьбы» — золотая осень Советского Союза. Могучая империя, победив врагов, вышла на пик развития, обеспечив всем своим гражданам, в т. ч. слабым, хорошую жизнь, которую теперь вспоминают как благословенный «застой».

Не зря даже генсек Леонид Брежнев, чьё имя ассоциируется с тем временем, упомянул фильм Рязанова в своём докладе на XXVI съезде партии. Речь шла о градостроительстве и необходимости большей художественной выразительности и разнообразия.

Но и тогда «Иронию судьбы» не показывали по ТВ каждый Новый год. Зачем, если люди буквально жили в декорациях и реалиях этого фильма? Крутить ежегодно картину начали с 1994 года. В качестве психотерапии страдающим от постсоветских ужасов людям?

Ужасов, которые сделали большинство ещё более слабыми (бравыми в 90-е были только бандиты). И многим перестало нравиться глядеть на себя в это зеркало. Даже Мягков в итоге не выдержал и выступил за прекращение ежегодного марафона.

Но фильм к этому моменту стал культурным феноменом и зажил своей жизнью. Признак этого — появление альтернативных сюжетов ленты. Например, авторства литератора Пелевина, приписавшего Ипполиту службу в КГБ и знакомство с Владимиром Путиным.

Современные акулы капитализма не собираются отказываться от заработка только потому, что персонаж из прошлого «Женя Лукашин» вдруг возражает. Поэтому «Иронию судьбы» отреставрировали и продолжили крутить дальше.

Показателем успеха фильма служат цитаты, которые разошлись среди народа, а также пародии на героев и отдельные эпизоды. «Оба-на!», «Осторожно, модерн!», «Камеди клаб», «Городок» неоднократно эксплуатировали режиссёрские находки.

Не обошлось и без ремейка. Хотя в случае «Иронии» это звучит как кощунство — копия всегда хуже оригинала. Даже если сделана хорошим режиссёром Тимуром Бекмамбетовым. Ощущение советской эпохи не воскресить мастеру рекламы банка «Империал».

Но если благодаря авторству Бекмамбетова ремейк «Ирония судьбы. Продолжение» встретили благосклонно на его малой родине — в Казахстане и других странах Средней Азии, ощущающих сейчас своё цивилизационное единство — уже хорошо.

Получается, это не просто фильм, а своего рода мягкая сила России, поддерживающая и даже формирующая общее культурное пространство. Феномен социальный и политический. Дипломаты наших стран могут общаться цитатами из кино и поймут друг друга.

Давно оценили «Иронию» и в самой «мачо"-стране мира — КНДР. Фильм «Желаем счастья!» повествует о местном инженере, похожим образом перепутавшем прекрасные, но однотипные пхеньянские новостройки, и нашедшем свою судьбу.

Создатели индийского аналога «Я люблю Новый год» заменили Москву и Ленинград на Нью-Йорк и Чикаго. Главные герои — Рандхир Сингх и Тикку попадают в переплёт почище, чем Гита и Зита. И, конечно, поют. Работу Болливуда не спутаешь ни с чем.

Да что Болливуд! Даже в американском Голливуде был снят свой вариант «Иронии» и не кем-нибудь, а легендарным «Нетфликсом». Деловые американцы пытались заполучить консультантом кино «О судьбе» Барбару Брыльску, но та отказалась.

Как видно, ведущие кинофабрики мира прямо-таки жаждут причаститься к успеху советской картины. И только в России некоторые презрительно фыркают, выискивая несуществующие изъяны, занимаясь самоуничижением. Да, это, скорее, цирк, чем опера, но что с того?

Раз так сложилось, и русским удалось продвинуть в мир, сделать глобальным культурным феноменом рождественскую сказку, понятную повсеместно, имеет смысл развивать этот курс — активизировать гуманитарную внешнюю политику в новом году.

Каким может быть результат?

Таким, как в Китае, где советские фильмы — революционные и военные драмы, комедии и мультипликация, а также наши песни составляют целый культурный пласт, ориентирующий эту ведущую мировую державу на интересы России.