Уиткофф полон оптимизма: Встреча Путина и Зеленского возможна в ближайшие недели

Переговорная интрига вновь закручивается. Спецпредставитель президента США Стивен Уиткофф сенсационно заявил в интервью Fox News, что уже «в течение трех недель» состоится личная встреча между Владимиром Путином и Владимиром Зеленским. Более того, в перспективе не исключен и трехсторонний формат с участием Дональда Трампа.

Заявление Уиткоффа прозвучало как сигнал: дипломатическая пауза может закончиться. Но насколько реальна такая встреча — и станет ли она шагом к миру или лишь громким, но пустым жестом? Ведущие западные политологи разделились на два лагеря. Мнения обоих детально изучила «СП».

Аргументы «за»: без личного диалога не будет прорыва

Сторонники саммита считают: без прямого разговора лидеров военные действия рискуют застыть в бесконечном «управляемом конфликте».

Американский политолог Томас Грэм (Совет по международным отношениям) подчеркивает: в нынешней фазе конфликта технические переговоры с участием делегаций исчерпали себя. По его мнению, только личная встреча лидеров может зафиксировать политическую рамку — прежде всего по дальнейшей судьбе Донбасса, Запорожской АЭС и гарантиям безопасности.

Профессор Ричард Саква из Университета Кента (Великобритания) считает, что ценность имеет сам символизм саммита. Даже если итогом переговоров двух лидеров станет лишь фиксация текущей линии соприкосновения, то факт переговоров «лицом к лицу» снизит уровень эскалации и создаст пространство для компромисса. Но реализовывать его будут по-прежнему переговорные команды.

Бывший сотрудник Совета национальной безопасности США Фиона Хилл отмечает, что обе стороны в ходе переговоров подошли к точке стратегического изнурения. По ее мнению, если Вашингтон действительно готов взять на себя ведущую роль в мониторинге прекращения огня (как обсуждалось сначала в Абу-Даби, а затем в Женеве) то встреча лидеров может стать логичным завершением подготовительной работы.

Отдельный аргумент в устах западных политологов касается внутренней политики. Зеленский уже заявил о готовности обсуждать зеркальный отвод войск и вынести возможную фиксацию ЛБС на национальный референдум. Для Путина же личная встреча может продемонстрировать, что Москва по-прежнему остается субъектом глобальной политики, несмотря на санкции и попытки западной изоляции.

Наконец, сторонники саммита напоминают: многие крупные конфликты ХХ века завершались именно после личных встреч лидеров — когда компромисс оказывался невозможен на уровне делегаций.

Аргументы «против»: риск провала

Однако скептиков не меньше — и их доводы звучат не менее весомо. В частности, профессор Тимоти Снайдер (Институт гуманитарных наук) считает, что саммит без предварительно согласованной дорожной карты (а ее должны разработать переговорные команды) станет лишь «картинкой для телевизора».

По его мнению, Россия может использовать встречу как инструмент легитимации своих территориальных требований.

Британский эксперт Марк Галеотти (Институт международных отношений) подчеркивает: позиции сторон по Донбассу и Запорожской АЭС остаются диаметрально противоположными. Несмотря на несколько раундов переговоров, они так и не сблизились.

Россия настаивает на передаче ей всего Донбасса, Киев категорически против. В таких условиях личная встреча лидеров без четких рамок может закончиться провалом — а провал лишь укрепит жесткие позиции обеих сторон, прогнозирует Галеотти.

Французский политолог Доминик Моизи (французский институт международных отношений) предупреждает о психологическом факторе. После четырех лет военных действий общественное мнение на Украине крайне чувствительно к любым уступкам.

Любое соглашение, которое может быть воспринято как уступка территории, рискует вызвать внутренний кризис. Так что, по мнению Моизи, Зеленский на это не пойдет: ни после личной встречи с Путиным, ни без нее.

Скептики также указывают на фактор доверия. Уиткофф признал, что встречался с Путиным восемь раз, чтобы понять «красные линии» Кремля. Однако многие западные эксперты сомневаются, что заявленные позиции России являются окончательными — и не будут пересмотрены после заключения «сделки».

Трамп-фактор и трехсторонняя интрига

Особый интерес вызывает возможное участие в переговорах Дональда Трампа. Сам Уиткофф подчеркнул: Трамп не станет участвовать во встрече, если не увидит реальной перспективы результата.

Для Трампа успешное посредничество стало бы мощным внешнеполитическим достижением, тем более на старте кампании по выборам в Палату представителей. Но в случае провала риски также высоки — не столько имиджевые, сколько электоральные.

Западные аналитики отмечают: трехсторонний формат мог бы придать переговорам дополнительный вес и гарантии. Однако он же усложняет баланс — каждая из сторон будет стремиться не только договориться, но и продемонстрировать силу своим избирателям.

Так что большинство западных политологов сходятся в одном: встреча возможна лишь при наличии хотя бы минимально согласованного пакета решений: по отводу войск, механизму мониторинга и временной фиксации ЛБС. Если такой пакет появится, саммит действительно возможен.

---

Последние новости и все самое важное о мирных переговорах по Украине, — в теме «Свободной Прессы».