Еревану дано время подумать, армянам — определиться, кого они любят больше, Москву или Брюссель

Ереван может потерять все привилегии в рамках Евразийского экономического союза, заявил глава МИД России Сергей Лавров.

«У нас отношения с Арменией существуют, и эти отношения близкие, союзнические. Но в то же время непростые. Учитывая то, как Запад пытается ее, вслед за некоторыми другими членами СНГ, подмять под себя, разорвать взаимовыгодные экономические, торговые, инвестиционные связи Армении со своими партнерами по СНГ и ЕАЭС», — заявил он.

Он также отметил, что отношения Москвы и Еревана обсудят на саммите Евразийского экономического союза в конце мая в Казахстане. Не очень, правда, пока понятно, с кем. Ранее армянский премьер Никол Пашинян заявил, что не сможет приехать туда из-за предвыборной кампании.

То есть публичной порки Армения избежит. Но проблема-то никуда не денется. Понятно, что наши власти не будут форсировать события до выборов в июне, после которых, возможно, придется иметь дело уже с более адекватным армянским руководством.

Читайте также

Армения, возвращение в Россию: Флюгер Пашинян вертится между «добрыми кураторами», диаспорой и суровой реальностью Разговоры о «европейском курсе» Еревана закончились, стоило Путину предложить российский газ по европейским ценам

Но что, если Пашинян сохранит власть и продолжит курс? Как Москва будет наказывать Ереван? О лишении каких привилегий говорит Лавров? И можно ли воспринимать его слова как «последнее китайское»?

— Прежде всего, речь идет об экономических преференциях, которые Армения имеет, как участница общего экономического союза с нами, — говорит доцент Финансового университета при Правительстве РФ Владимир Блинов.

— И в том случае, если она будет открыта экономическому взаимодействию с Европой, то, конечно же, Россия не сможет в убыток себе открывать границы для прохождения товаров, которые смогут через Армению приходить на нашу территорию. Тут вообще повторяется ситуация, которая была в 2014 году с Украиной.

Потому что Украина хотела одновременно иметь открытые границы с Россией, поставлять сюда товары и при этом торговать с Европой, что, конечно же, Россия не могла себе позволить.

Ну, и ситуация усугубляется тем, что Армения выстраивает отношения с нашими врагами, военными противниками. Поэтому, конечно же, тут вопрос не только экономики, но и принципов. И Россия не сможет продолжать поддерживать добрососедские отношения с Арменией. И в этом отношении Армения, конечно, окажется в непростой ситуации.

На фото: председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии Бакытжан Сагинтаев, премьер-министр Армении Никол Пашинян, премьер-министр Белоруссии Александр Турчин, премьер-министр РФ Михаил Мишустин, премьер-министр Казахстана Олжас Бектенов, председатель Кабинета министров Киргизии – руководитель администрации президента Киргизии Адылбек Касымалиев и премьер-министр Узбекистана Абдулла Арипов (слева направо) во время фотографирования после заседания Евразийского межправительственного совета и Международной конференции по сотрудничеству в области науки и технологий в Доме Правительства РФ, 2025 год. (Фото: Александр Миридонов/POOL/ТАСС)

По большому счету, союзников, готовых прийти на помощь в случае возобновления конфликта с Азербайджаном, просто не останется. Армения теряет Россию и рискует потерять Иран, потому что Иран видит, что армяне сотрудничают с странами НАТО. Они могут перестать сдерживать Азербайджан от военного продолжения конфликт в Карабахе, которые будут затрагивать уже территорию Армении.

— Судя по контексту комментария Сергея Лаврова, говоря о «потере привилегий» Арменией, он все же имел ввиду ситуацию, если в будущем Ереван вступит в ЕС или свяжет себя с Брюсселем какими-то иными обязательствами, жестко противоречащими нормам ЕАЭС, — отмечает политический аналитик Михаил Нейжмаков.

— Примерно в таком же ключе высказывался ранее и Владимир Путин. То есть, здесь не новое предупреждение, а просто повторение уже прозвучавшего ранее. Российские официальные лица в апреле-мае 2026 года действительно чаще упоминали официальный Ереван и часто в достаточно прохладном ключе.

Это можно связать и с информационной волной после визита Никола Пашиняна в Москву, и с майским саммитом ЕС-Армения, и с парламентской кампанией в Армении.

«СП»: А что, собственно, Армения нарушает в рамках ЕАЭС? Или ее привилегии там жестко привязаны к обязательствам в ОДКБ и отношениям с Россией?

— Можно вспомнить, например, как еще в начале апреля 2026 года глава Россельхознадзора Сергей Данкверт упоминал про «основания полагать», что не все товары, которые поступают в Россию из этой страны, действительно произведены в Армении. Если российская сторона будет ограничивать поставки армянских товаров на свой рынок, вероятно, будут ссылки на подобные аргументы.

«СП»: Лавров заявил, что РФ и Армения обсудят отношения на саммите ЕАЭС в конце мая в Казахстане. Какую реакцию Еревана ждут в Москве?

— Со стороны Армении анонсировано участие в этом саммите вице-премьера Мгера Григоряна.

Скорее всего, Москва не ждет изменений внешнеполитической линии от официального Еревана. Тем более, что до парламентских выборов в Армении, которые пройдут уже 7 июня 2026 года, какие-то практические аспекты в отношениях двух государств обсуждать просто рано.

Только по итогам этой кампании станет понятно, сохранит ли власть правительство Никола Пашиняна и насколько уверенно будет контролировать ситуацию внутри страны.

Скорее всего, повторяя тезис о рисках для Еревана при сближении с ЕС, российская сторона хочет повлиять на ту часть колеблющихся избирателей внутри Армении, которые разрыва с Москвой опасались, но считали это проблемой более отдаленной перспективы. Во многом, именно таких избирателей стремился успокоить Никол Пашинян, когда в мае вновь заявил, что «если мы выйдем из ЕАЭС, мы сделаем это спланировано, а не внезапно».

Читайте также

Андраник Мигранян: Пока Пашинян устраивал из Армении подстилку для Азербайджана и Турции, Москва молчала Почему Зеленский стал почётным гостем Еревана на антироссийском саммите

Но стоит учесть, что те избиратели в Армении, которые считают важной проблемой риск разрыва с Москвой, и так в массе своей наверняка уже склонялись к поддержке оппозиции. Поэтому напоминания российских официальных лиц об этой проблеме, скорее всего, могут повлиять на предвыборный расклад сил в Армении довольно ограниченно.

Впрочем, на итоговый расклад сил в будущем армянском парламенте тоже могут повлиять даже небольшие колебания в уровне поддержки партий, особенно в финале предвыборной гонки.

«СП»: А другие члены ЕАЭС что думают по этому поводу? Или им все равно, как Москва решит, так и будет?

— С Минском у Еревана сейчас холодные отношения. Можно вспомнить, например, как Никол Пашинян заявлял еще в июне 2024 года, что ни один официальный представитель Армении не посетит Белоруссию, пока этой страной руководит Александр Лукашенко.

Кыргызстан и Казахстан, скорее всего, от разногласий между Москвой и Ереваном дистанцируются. В частности, у Казахстана есть свои интересы по поставкам зерна в Армению, а в будущем, возможно, по использованию «Маршрута Трампа», который должен протий через эту страну. Конечно, при условии, если этот маршрут заработает и станет частью Среднего коридора.

«СП»: Могут ли Армению выгнать из ЕАЭС? Какие еще радикальные шаги может предпринять Москва? Или все же мы никак не будем пытаться повлиять на ситуацию в стране и ее руководство, во всяком случае, до выборов? А потом?

— Собственно, Договор о ЕАЭС предполагает только процедуру добровольного выхода из этого объединения.

Если отношения Москвы и Еревана продолжат осложнятся, вероятно, это будет вести и к новым экономическим конфликтам между ними. Понятно, что в случае, если оппозиционные силы возьмут большинство мест в парламенте Армении и смогут сформировать правительство, между Москвой и Ереваном наступит «оттепель».

Если Никол Пашинян удержит власть, многое будет зависеть, по какому именно сценарию это произойдет. Если победа его партии «Гражданский договор» произойдет на сравнительно спокойном фоне и новое правительство будет сформировано быстро, возможно, после этого наступит «прагматично-холодная пауза» в отношениях Москвы и Еревана, когда взаимные пикировки временно станут менее интенсивными, а тактические разногласия стороны постараются урегулировать непублично.