Эффект «Рижского бальзама»: Латвия делает всё для успеха «российской пропаганды»

Власти Латвии, стараниями которых некогда прекрасная Рига за годы так называемой независимости превратилась в депрессивный город, решили подправить своему населению «культурный код». До 30 июля всем учреждениям, подведомственным местному Минкульту, предписано исключить любые контакты на русском языке.

Соответствующую директиву подписал Министр культуры республики Наурис Пунтулис.

Ограничение, в частности, затрагивает как внутреннюю документацию, так и публичные сферы: официальные интернет-ресурсы, рекламные кампании, стратегические документы и даже проведение международных мероприятий. Исключение сделано только для оригинальных художественных произведений на русском языке.

Обосновывая свое решение, Пунтулис заявил, что «русский язык не может использоваться в качестве языка-посредника в проектах, финансируемых государством». Это, по его словам, означает, что и мероприятия для представителей национальных меньшинства, в том числе украинцев, не смогут проводиться на русском языке.

Читайте также

Ирак против ОПЕК: Кто будет диктовать цены на «черное золото» Главной жертвой войны в Персидском заливе может стать нефтяная империя

Министр сослался на решение Конституционного суда от 30 марта 2026 года, в котором подчеркивается особая роль латышского языка в существовании государства и сплочённости общества.

И указал, что в этой связи после вступления распоряжения в силу использование русского языка будет запрещено в публичной коммуникации театров, включая афиши и официальные сайты, информирует портал LSM.

Получается нонсенс. Потому что Рижский русский театр им. Михаила Чехова, например, своей русскоязычной аудитории теперь сможет сообщить о спектаклях только по-латышски. Еще один немаловажный вопрос, на какой языке играть пьесы зарубежных авторов — Шекспира, Мольера, Ибсена, Гольдони и других?

Ведь оригинальный язык этих произведений — не русский. А постановка на латышском вряд ли привлечет достаточное количество зрителей, что естественно ведет к прямым убыткам для учреждения культуры.

Понятно, что, отменяя или ограничивая у себя язык Пушкина, Толстого, Достоевского, латвийские власти думают, что таким образом вредят России. Однако дичают сами и культурно обедняют своих же граждан. Как результат — деградирует постепенно вся страна.

Латвия находится в числе мировых лидеров по темпам депопуляции. По данным Центрального статистического управления республики, только с января по сентябрь 2025 года включительно страна потеряла 1,76% населения, что составило более 30 тысяч человек. Это связано с тем, что смертность превышает рождаемость и оттоком мигрантов. А всего с 1991 года убыль населения в Латвии превысила 30%.

Если и дальше так пойдет, в стране не то, что на русском, на латышском некому будет скоро разговаривать…

Какие могут быть последствия «выдворения» русского языка из культурного пространства Латвии? Этот вопрос «СП» адресовала политологу, руководителю ИА Baltnews Андрею Старикову:

— Собственно, они уже отовсюду изгнали русский язык. Как ни парадоксально, Министерство культуры как раз оставалось единственным пространством, где что-то еще могло проявиться. Но теперь добьют его и там.

Если мы говорим о частностях, допустим, о театре Михаила Чехова, то они уже уничтожили этот театр, его традиции.

Нормальную администрацию изгнали, поставили абсолютно лояльных им людей, которые определяют репертуар, исходя из установок государственной культурной политики. Анонсы и афиши, кстати, там давно на латышском языке. И репертуар тоже согласуется с латышскими начальниками, с Минкультом.

Но пространство русского языка на самом деле им нужно. Поэтому упертость националистов, требующих убрать его отовсюду, она больше формальная.

Русский язык им нужен для антироссийской пропаганды. Ради этого они всех этих деятелей несистемной оппозиции у себя приютили и различные СМИ-иноагенты. Им важно иметь площадку для производства антироссийских историй. К тому же это деньги, потому что под такие вещи можно привлекать грантовое финансирование.

«СП»: Получается, их не волнует культурная деградация, им важно продвигать свои политические нарративы?

— Вопрос здесь давно стоит именно так. Да, их базовая установка — уничтожить русский язык. Но «не лишим ли мы себя законодательно инструментов антироссийской пропаганды, направленной на русскоговорящих людей», думают они.

Такая дискуссия идет последние лет десять. И наша несистемная оппозиция даже собирала там что-то вроде саммита под названием «Русский язык — это не язык Путина». То есть, «мы не должны допустить монополии России на русский язык, должны сами использовать его для антироссийской пропаганды», говорили они.

А то, что кто-то не прочтет Достоевского, не увидит чеховский «Вишневый сад» на языке оригинала, на это они плевали. Они давно превратили тот же Театр им. Чехова в откровенную ерунду и добьют его полностью. Потому что деньги нужны на бункеры и беспилотники.

«СП»: Мы можем как-то защитить наш язык? Обращение в Международный суд ООН, куда мы собираемся подать жалобу на страны Прибалтики из-за дискриминации и грубого нарушения прав русскоговорящего населения, поможет?

— Что касается ООН, то давайте дождёмся результата. А вот в юрисдикции Латвии мы, конечно, ничего не можем делать. Мы не можем написать регламенты и нормативы для латвийского Минкульта, которые будут приняты и по которых местные националисты начнут работать. Здесь мы, конечно, ограничены.

Читайте также

Дмитрий Аграновский: При товарище Сталине у нас были бы свои айфоны! Apple против российских сервисов: что стоит за удалением VK из App Store

Но голову пеплом посыпать не надо.

Мы помогаем в рамках нашей культурной политики. Снимаем толковое правильное кино, защищающее историческую память. И о Великой Отечественной войне, и по тематике специальной военной операции. Телеканалы у нас работают, интернет-площадки — это тоже так или иначе туда попадает.

И когда людей на местах — в Латвии, Литве, Эстонии — лишают каких-то доступных возможностей получать этот продукт на русском языке у себя, они идут к нам. Идут в белорусское в том числе информпространство.

Они будут скачивать VPN. Число тех, кто этим занимается, колоссально растет. И мы можем им в этом помочь — предложить какой-то национальный VPN, чтобы им было удобно пользоваться площадками наших федеральных телеканалов и онлайн-кинотеатрами, нашими социальными сетями и платформами, где культурный и исторический продукт на русском языке максимально представлен.

Россия — такой остров нормальности, защиты исторической правды, сохранения культурного наследия и развития на русском языке. Мы открыто приглашаем в это пространство. Но надо сделать усилие — скачать VPN. Или, если кому-то надо увидеть это воочию, приехать в Россию — пока это возможно.

Безусловно, эту работу можно усиливать в наших приграничных с прибалтами областях — Псковской, Калининградской, Ленинградской. Скажем, на ежегодный концерт в Ивангороде ко Дню Победы, народ съезжается из всех прибалтийских стран, не только из Эстонии. Люди едут к мосту Дружбы, чтобы посмотреть с берега выступление наших артистов, послушать песни на русском языке.

Об этом пишут западные издания — потому что это прецедент. Они пишут, понятное дело, о параде на Красной площади, подавая это ангажировано, естественно. И пишут вот об этом локальном, казалось бы, мероприятии. Они не знают, как это понимать, потому люди сами едут, становятся на берегу и смотрят через реку этот концерт.

Повторюсь, фундаментально на языковую среду в Прибалтике мы сейчас повлиять не можем, при этом осуждаем те тенденции, которые есть. Но российской стороной создано пространство, в которое не так уж тяжело войти.