Политолог оценил, добьются ли французские «мятежники» позитивного результата

Комментируя заявление президента Франции Эммануэля Макрона о необходимости запрета в стране забастовок, российский политолог, заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин убежден, что французский лидер не прав.

«На Западе слишком активно отказываются от свобод, обещанных гражданам Конституцией. В том числе, свободы забастовок и свободы уличных шествий, которыми они кичились, и тыкали нам в нос многие десятилетия», — указывает он.

Ранее, в эфире телеканала France 2, Эммануэль Макрон заявил, что правительство Франции должно иметь право останавливать забастовки, блокирующие экономику. «Когда группы используют крайнее насилие, чтобы нападать на избранных республикой, когда существует блокада [экономики], надо иметь право устранять эту блокаду», — сказал он. По словам президента, он всегда просит правительство до последнего вести переговоры с участниками забастовки и только потом может принудительно заставить бастующих выйти на работу. Макрон добавил, что не принимает «ни мятежников, ни мятежные группировки» в республике.

Как обращает внимание собеседник «Свободной прессы», именно поэтому сейчас и полиция действует достаточно жестко, и находятся возможности, чтобы наиболее ярких активистов лишать работы, в том числе, и через давление на их работодателей: «Да и вся французская пресса уже не является свободной. Поэтому все издания и телевизионные каналы практически целиком стоит на стороне властей».

Заместитель директора Института стран СНГ отмечает, что статья в Конституции, когда правительство может принять закон помимо парламента, существует давно, однако ею не пользовались.

«Теперь же она оказалась весьма кстати для французских властей. А что народ? Народ, безусловно, будет продолжать пытается что-то сделать, но в условиях тотального информационного давления, в условиях тотального полицейского давления, честно говоря, я не уверен, что эта борьба приведет к какому-либо позитивному результату», — подчеркивает Владимир Жарихин.