«Внедрение ИИ без индустриализации означает пустой пиар и профанацию»

Национальный план по внедрению искусственного интеллекта в экономику, социальную сферу и государственное управление поручил утвердить правительству президент России Владимир Путин.

«Подготовить и утвердить национальный план по внедрению технологий искусственного интеллекта в отраслях экономики, социальной сферы и государственном управлении на федеральном уровне и на уровне субъектов Российской Федерации», — говорится в сообщении, опубликованном на сайте Кремля.

К 20 января 2026 года кабмин должен представить предложения по технологическим решениям о внедрении ИИ, определить объем и источники финансирования. На пути этого внедрения должны быть сокращены избыточные административные барьеры (видимо предполагается, что совсем избежать их не получится).

Общий план правительство должно представить до 1 июня 2026 года.

Писатель-футуролог, публицист Максим Калашников скептически относится к внедрению ИИ в современную российскую действительность.

— Пока мы больше видим фиктивно-демонстративный продукт, чем распространение искусственного интеллекта, эдакую профанацию.

«СП»: Откуда такой скепсис?

— Прежде всего, внедрение ИИ может быть только частью новой индустриализации, поскольку он в основном-то должен использоваться на производстве — роботизированном, гибком производстве, а не только на войне или в управлении государством.

Именно производство является основной сферой применения ИИ. К тому же это не первая широко разрекламированная кампания по внедрению передовых технологий. Помните кампанию по цифровизации?

«СП»: Была такая.

— И где ее результаты? Цифровизация осуществима только в условиях развития промышленности, транспорта, инженерной, конструкторской сферы — там востребованы цифровизация, искусственный интеллект.

Сюда входит также сопровождающие промышленность направления — станкостроение, роботика, робототехника, которые также необходимы для внедрения ИИ. У нас это условие, к сожалению, отсутствует.

Ведь после окончания мрачной эпохи Ельцина, с 2000 года, у нас так и не была объявлена новая индустриализация. Скажем, невозможно представить, чтобы в Советском Союзе проводили электрификацию без индустриализации. А сейчас мы видим, что берутся какие-то области применения искусственного интеллекта и объявляется развитие направления в целом.

«СП»: Но разве ИИ не может заменить человека в некоторых сферах?

— Можно предположить, что какие-то рутинные чиновничьи функции с помощью ИИ будут автоматизированы. Наверное, он также станет выполнять ряд полицейских задач — поиск смутьянов, преступников и так далее. В военном деле расширится его применение.

Но Россия проиграет странам, которые накладывают развитие искусственного интеллекта на индустриализацию, как это происходит в Китае. В США разворачивается процесс реиндустриализации.

«СП»: Эти государства, вне всякого сомнения, передовики в развитии систем ИИ.

— Мы видим продукты разработки этих стран. У Илона Маска есть Grok, у Palantir — Palantir Gotham и Palantir Foundry.

Есть также OpenAI, ChatGPT, у китайцев имеется DeepSeek. Это, конечно, не полный перечень известных продуктов. А знаем ли мы хоть один отечественный?

«СП»: Трудно вспомнить…

— Я не могу припомнить. Хотя в 2006 году, помнится, мне одна группа ребят рассказывала, что необходимо развивать ИИ, за ним будущее, говорили они.

Сегодня у нас нет марки, бренда, отечественного продукта в этой области, во всяком случае сравнимого с китайскими или американскими.

Тогда чьим ИИ мы будем пользоваться? Китайским, американским? Тогда все наши данные, оперативная информация об экономике, о финансовых операциях, транзакциях, состоянии банковской, таможенной системы, расположение стратегически важных целей и объектов — весь массив этих сведений окажется в руках тех, кто владеет системой ИИ.

«СП»: Может, наши руководители хотят подлатать дыры в некоторых сферах. Сегодня явно недостает грамотных управленцев среди чиновников, в системе МВД не хватает полицейских. Может, локальное использование ИИ все же пойдет нам на пользу?

— Все может развиваться до определенного момента. Есть ограничения, которые свойственны модели сырьевой экономики. При ней ИИ в правоохранительной системе внедряется для обеспечения контроля над гражданами, полицейских и отчасти управленческих функций. Но как только он перейдет дорогу крупным чиновным кланам, осваивающим бюджет, как тут же нарвется на саботаж.

«СП»: Как он перейдет им дорогу?

— Мой папа, будучи корреспондентом «Правды», писал в свое время о проблемах автоматизации, это были 1970-е годы. Тогда в Туркмении выводились из строя автоматы предприятий пищевой промышленности. Почему? Они не давали воровать — автомат требовал положенного количества мяса в производстве пельменей. То есть украсть не получалось.

Как только ИИ начнет мешать распилам, откатам и подобным вещам, начнется противодействие. А что касается полицейских функций — да, он прекрасно ищет людей и что-то еще, но решить проблему нехватки около 170 тысяч полицейских ИИ не в состоянии. Он не может ходить пешком, вести профилактические мероприятия, ловить преступников и так далее. Для этих функций нужны люди, как ни крути.