Общество
12 августа 2015 16:11

Тень шакала

Дмитрий Юрьев о пределах западной русофобии

29633
Тень шакала
Фото: DPA/ ТАСС

Может ли быть, что «Боинг» сбили наши по ошибке?

В обсуждении этой темы можно потонуть. Понятно одно — не по ошибке (то есть умышленно, целя в пассажирский самолёт нейтральной страны) сбивать у нашей стороны не было вообще никаких мотивов. При любых допущениях — никакой, даже самой злостной, задачи ни для России, ни для донецких ополченцев решить бы этим не удалось. А про ошибку… Тут я совсем не компетентен, могу только читать и слушать. Последний мой разговор на эту тему с очень умным человеком, имеющим военное образование, добавил ещё больше аргументов против версии «ошибки» — он ссылается на техническую невозможность перепутать цели в случае, если огонь вёлся из «Бука»…

Но мне вдруг захотелось найти одну очень старую свою запись — почти десятилетней давности, когда ЖЖ ещё был, а ничего кроме — не было. Там обсуждалась другая тема, но… Короче, приведу-ка я сейчас — немного совсем подредактировав — свою тогдашнюю рецензию на одну книжку.

Книжка, во-первых, плохая. Во-вторых, старая.

То есть написал её (или, лучше, изготовил) 20 лет назад Фредерик Форсайт.

ФФ, если кто уже не помнит, — это такой человек-брэнд, вроде Фридриха Незнанского. Когда-то, на рубеже 60−70 (если не ошибаюсь), он написал хороший (для своей ниши) квазидокументальный детектив «День Шакала» — про покушение на Де Голля. Роман имел бешеный успех, и, как многие коллеги, автор решил поставить дело на поток. По слухам, создал что-то вроде собственной спецслужбы по сбору и обработке информации с целью склепывания новых, столь же «документальных», боевиков, в которых главное — «аромат аутентичности» всяких там других стран (вернее, чтобы британским и американским читателям этот аромат казался аутентичностью, а не другим ароматом).

Кстати, про «спецструктуру» Форсайта мне рассказали как раз году в 94−95: якобы, её временные подразделения разворачивались тогда в Москве. Видимо, рассказчик что-то такое слышал по существу: именно в этот период великий писатель должен был собирать составные части для аромата аутентичности «Раша Тудэй» и, наверное, искал «соавторов» среди российских журналистов. Потому что в 1996 г. вышел роман ФФ «Икона».

Действие романа происходит в 1999 г. (т.е. — для автора — в недалеком будущем). Как всегда у Форсайта, действуют как вымышленные персонажи, так и носители реальных имен (в частности, упоминается Ельцин, является одним из действующих лиц Алексий II и т. д.).

Короче. 1999 г. В России, терзаемой нищетою и межрегиональными разборками (упоминаются «сибирские сепаратисты») хлеб стоит 5 миллионов рублей буханка, на улицах Москвы мрут обмороженные бомжи, сбежавшиеся со всей страны, умирает от сердечного приступа президент Иосиф Черкасов (бывший при Ельцине премьером), объявляются досрочные выборы, а к власти неостановимо рвется зловещая партия… СПС. Союз Патриотических Сил. Во главе с неким Комаровым (бывший ИТР, харизматик, очень успешный оратор, несколько лет назад объединил патриотические силы, подсидев Жириновского, ему помогает зловещий начальник безопасности, бывший чекистский палач). Победа СПС на выборах неминуема (все опросы так говорят). Запад смирился (как-никак, демократия, да и Комаров — вменяемый человек, просто немного слишком грешит патриотической риторикой). Вдруг случайно выясняется (старый уборщик нашел бумаги, забытые на столе в офисе СПС — и, в благодарность за то, что когда-то, когда он служил в ГСВГ, английский солдат угостил его вкусным пивом — отнес к английскому посольству и умудрился передать какой-то атташихе), что Комаров втайне планирует: установить однопартийную диктатуру, посадить всех диссидентов (для чего восстановить лагеря в Магадане), а также убить всех евреев и чеченцев. Запад в шоке — но гнилые плутократии, слишком мягкие и трусливые, ничего делать не могут и не хотят.

Тогда где-то в Америке собирается «комитет Линкольна» — бывшие лидеры стран Запада, среди которых Буш-старший, Киссинджер, Тэтчер, лорд Каррингтон и ряд вымышленных персонажей, в том числе экс-шеф британской разведки сэр Ирвин. «Закулиса» — в отличие от плутократов и трусов в правительствах — осознаёт аутентичность «манифеста СПС» («Большинство в России поверят ему. Ксенофобия русских не новость») и принимает решение: на законные правительства насрать, у них за спиной профинансировать и провести спецоперацию, чтобы не допустить прихода СПС к власти. Сэр Ирвин предлагает послать с миссией в Россию самого Джейсона Монка (бывший суперагент ЦРУ, уволенный плутократами за чрезмерную жесткость к СССР и за побитие по морде начальника — покровителя Олдрича Эймса, загубившего четырех лично завербованных Монком русских предателей).

Еще короче. Монк едет в Россию. Там он довольно быстро (как именно — чуть ниже) инициирует мощные общественно-политические процессы, которые приводят к дискредитации СПС и Комарова, консолидации их врагов. Затем СПС предпринимает попытку госпереворота, выборы отменяются, путчистов уничтожают, а общественное мнение быстро склоняется к восстановлению в России конституционной монархии. После долгих изысканий с участием лучшего британского генеалогического дровосека устанавливается, что собственно род Романовых пресекся, а если — как это часто бывает в истории монархий — основывать новую монархию с приглашением подходящего принца со стороны, то на эту роль идеально подходит один из Виндзоров, прямой потомок Романовых по обеим линиям, сын православной матери, знает русский язык). Вместо выборов фашистского президента из партии СПС в России проводят референдум и восстанавливают монархию. А призванный на царство лично Алексием принц (в котором легко угадывается Майкл Кентский) встречаем благодарным народом непосредственно у трапа самолёта. С хлебом и солью.

Тиснутый ФФ™ рОман был замечен. Замечательным архивным изысканиям царя из Виндзоров посвятил целую передачу «Итоги» монархолюбивый в те времена слововержец Киселев — он-то и «заложил» Майкла Кентского и вдобавок взял интервью у прототипа генеалогического древоруба из самого Лондона. Критики посмеялись над многочисленной развесистой клюквой в «русских реалиях». Но слона не приметил никто.

А слон — вот он: отношение к России. Роман называется «Икона» вот почему. Русские — это народ, усмирить который можно единственным способом: подсунуть им икону. Такой иконой может стать царь. Но пока что они, ксенофобы, скорее выберут Комарова. Поэтому шпион Монк с деньгами и спецсредствами едет в Москву.

Там он вступает в связь с теми, кто должен ненавидеть или бояться СПС — честным русским генералом по прозвищу «дядя Коля», ветераном Великой отечественной (не любит фашистов); милицейским начальником, ведущим войну против «долгоруковских бандитов» (общак «долгоруковских» — финансовая база СПС); еврейским банкиром-олигархом (владелец основных российских СМИ) и главарем чеченской мафии в Москве (бывший агент КГБ в арабских странах); наконец, с патриархом Алексием II. Все эти граждане знакомятся с текстом «Черного манифеста» СПС, приходят в ужас и… ничего не могут сделать. Тогда Монк (Джейсон Монк) разводит их всех по очереди как лохов — от патриарха до фашистов из СПС. Он подделывает запись разговора патриарха (якобы, тот готов публично выступить против Комарова) и подбрасывает ее Комарову. Он подбрасывает менту и генералу фальшивую информацию о намерениях СПС устроить переворот, а СПС — поддельные документы о намерении генерала и мента вести с ними войну (генерала убивают СПСовцы, информация об этом тут же подбрасывается Монком обожающим генерала воякам). Он стыдит еврейского банкира, обвиняя его в предательстве жертв Бабьего яра, — и банкир отлучает СПС от контролируемого им телеэфира и подбивает друзей-олигархов отлучить Комарова от эфира на всех прочих телеканалах и в газетах. Наконец, фашистам из СПС подкидывают фальшак — якобы, и.о. президента намерен отменить выборы и запретить их партию. И перепуганные фашики идут на неподготовленный переворот (их поддерживает часть спецслужб, а также молодые нацисты, что-то вроде скинов, и «долгоруковские» братки).

Подло спровоцированную бойню с другой стороны зажигают союзники Монка — чеченские боевики (на ихней хазе он, кстати, прячется все это время), которые «рады порезать горло нацистам». Ну, потом подходят Таманская с Кантемировской и мстят за генерала «дядю Колю»… По ходу доблестные «агенты 00всем» вынуждены дать фашистам еще один ложный след (чтобы позаботиться о найденном претенденте на престол: в результате киллеры СПС с перепугу пристреливают совсем не того принца! Впрочем, он не достоин русского престола — о нем достоверно известно, что он «передергивает в карточной игре»!)

Ну и совсем коротко. Зачем я пишу про всю эту чушь и бредятину? А вот зачем. Если бы это был текст… ну не знаю… Ирвинга Уэлша с Мишелем Уэльбеком… Какого-нибудь тамошнего Сорокина… можно было бы посмеяться над клюквой. ФФ™ — это совсем другая история. Это — тамошняя Донцова (только политизированная). Это — апофеоз политической банальности. Это — автор, извлекающий миллионы из обсасывания массовых фобий. И если раньше он хотя бы немного затруднялся созданием иллюзии правдоподобия (в том же «Шакале» было множество совершенно необязательных, но точных деталей из жизни французского политического класса начала 60-х), то теперь он концентрирует в своих текстах исключительно мифы своих читателей. И их бытовое политическое сознание.

История про русских, «ксенофобию» которых можно пресечь единственным образом — грубо намалевав и подсунув им, тупым и доверчивым, фальшак «иконы»; история про «прототип Джеймса Бонда», героя без страха и упрека, лгущего Патриарху и провоцирующего генералов, разводящего «огромный наивный народ» и навязывающего этому народу — с ощущением полной правоты спасителя цивилизации — марионеточного виндзорского принца через бойню, ложь, унижения и PR на церковных кафедрах (есть там и направляемый Монком либеральный священник-реформатор, главный идеолог новой монархии) — это прежде всего история про то, как фантастически низок сейчас этический барьер в восприятии России со стороны тех на Западе, кто отвечает именно за бытовое, «среднее», банальное массовое сознание. А значит — это история про пределы допустимого с точки зрения представителей интересов этих самых обывателей — руководителей спецслужб, членов всякого рода «комитетов Линкольна», Джейсонов Монков и прочих лыцарей без сала и укропа. Про тех, кто полностью контролирует процессы поиска полония 210, устроения международного трибунала по делу Боинга, принятия решений и заключений, выдвижения версий и подведения итогов, призванных устрашить мир и призвать его под защиту какой-нибудь новой «иконы».

Я бы не хотел делать из них дьяволов. Они — респектабельные люди. Настоящие джентльмены. Просто — они западные джентльмены. И ничто шакалье им не чуждо. Потому как ксенофобия их заела. Самая жесточайшая, на биологическом уровне ксенофобия, позволяющая выстраивать против русских — хотя бы в банальном развлекательном боевичке — тактику подлостей, провокаций и убийств, абсолютно не осознаваемых как таковые (не будете же вы стыдиться того фумигатора, который вы включили в розетку, дабы ночью не беспокоили комары?)

В общем, скажу непроизносимое. Лучше бы «Боинг» сбили по ошибке…

Последние новости
Цитаты
Владимир Лепехин

Директор Института ЕАЭС

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Алексей Неживой

Руководитель Лаборатории политических и социальных технологий

Комментарии
В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня