Общество

Прости меня, Макси: Как ветеринары разводят хозяев умирающих животных

Можно ли уберечь своего любимца от непрофессионалов из ветклиник

16477
Прости меня, Макси: Как ветеринары разводят хозяев умирающих животных
Фото: Виктор Драчев/ТАСС

Кто терял любимое домашнее животное, знает, как это бывает тяжело. Особенно если те, от кого в такой ситуации ждешь помощи и поддержки, — ветеринары — озабочены совсем иным. Так случилось в моей истории.

Наш красавец-кот Макси никогда ничем не болел, благополучно дожив до восемнадцати с половиной лет. В этом немолодом возрасте (по человеческим меркам — почти 90!) он обладал хорошим аппетитом, был подвижен, игрив. Сдавать начал в конце января. И как-то сразу, резко. Меньше чем за неделю потерял половину своего веса. Притом, что ел регулярно. А вслед за этим в один из дней у него вдруг свело судорогой задние лапки. Мы с сыном рванули в ближайшую ветклинику — на ул. Швецова, в Кировском районе Петербурга.

Теперь думаем, что надо было, конечно, предварительно разузнать о ней и о других станциях, какие там условия, специалисты. Выбор-то нынче немалый, счет одних только частных центров идет в Северной столице на десятки. Но в тот момент было уже не этого.

Дежурный врач Марина Вячеславовна приняла нас не сразу, хотя очереди не наблюдалось. В ответ на нашу просьбу посмотреть котика — «Ему очень плохо, доктор, помогите!» — фыркнула что-то вроде «занята» и куда-то ушла. Но вот попали, наконец, на прием. Я открыла переноску, чтобы достать кота. Мой порыв ветеринар остановила фразой «пока не надо», произнесенной таким недовольным тоном, словно ей навязывали некий сомнительный товар. Ещё минут двадцать ушло у неё на расспросы о нас самих, хозяевах — как зовут, где живем, есть ли с собой документы. О так называемом осмотре и вспоминать не хочется. Марина Вячеславовна ощупала нашего котика, заглянула ему в глаза: «Печень явно увеличена, почки неправильной формы и, кажется, совсем слепой». «Как слепой? — Удивилась я. — Ещё вчера бегал за „солнечным“ зайчиком, а с утра играл с мячиком!». Ничего не ответила. Только недовольно сжала губы и взялась проверить «на диабет».

Читайте также
Доллар растет, зараза наступает, Путин "обнулился", но россиян волнует не это Доллар растет, зараза наступает, Путин «обнулился», но россиян волнует не это Остановит ли короновирус любителей путешествий, а обвал рубля продажу драгоценностей

Современная медицина, что наша, людей, что животных, позволяет сделать это на месте за считанные минуты. На то, чтобы проткнуть коту ушко специальным приборчиком и сделать необходимый забор крови, ветврач с улицы Швецова умудрилась потратить не менее четверти часа и несколько одноразовых тест-полосок (оплачивали которые, точнее, её «профессионализм», потом мы). Сахар оказался в норме. Ни рентген, ни УЗИ, предложен не был. На основе исключительно визуального осмотра ветеринарша сделала заключение о необходимости принимать лекарства для «улучшения работы почек и печени». Их тут же и выписали. Одно из них, импортное, дорогостоящее, как выяснилось уже дома, к лекарственным препаратам не относится. О чем мы узнали из «сопроводительной», вложенной в коробок. О судорогах задних лапок котика было сказано: обычный спазм, где-то что-то заболело, вот он и «дергается», пройдет. С тем мы и ушли.

Всю следующую неделю мы старательно пичкали его выписанными препаратами. Он сопротивлялся. Делать приходилось так: один из нас крепко держал голову хвостатого, тот начинал возмущать насилию, широко открывая при этом рот, второй должен был успеть в этот момент влить ему в рот очередную порцию лечебных растворов. Не от них ли наш любимец вообще перестал есть, шарахаясь от любой предложенной и ещё вчера желанной ему пищи?

Ровно через семь дней после первого визита в госветклинику мы снова поехали туда. Дежурила другой врач — Маргарита Владимировна. Она сразу предложила диагностику на аппарате УЗИ. Последовавшее вслед за этим заключение звучало приговором: не протянет и 3−4 дней. Усыплять? Признаюсь, от этих слов у меня подкосились ноги, я присела на кушетку рядом со своим сокровищем. Макси смотрел на меня, терся головкой о мою ласкающую руку и громко урчал. Невозможно было поверить, что умирает.

 — Можно попробовать поддерживающую терапию, мы это часто практикуем", — отреагировала на мои слезы все тем же строгим, с «металлом» голосом Маргарита Владимировна.

Ну, конечно, как я сразу не подумала! Сейчас ведь столько лекарств. Пусть недешевых, но они помогут продлить жизнь котика. Хотя бы до весны, до тепла. Мы поедет с ним на дачу, которую он всегда так любил…

Всю следующую неделю мы, согласно рекомендациям все той же Маргариты Владимировны, ежедневно возили Максюху в клинику, продираясь через пробки на дорогах и выстаивая очереди к клинике. На уколы — по четыре за раз. Для закупки настойчиво рекомендованного диетпитания. На приемы, которые она нам назначали якобы для того, чтобы «оценивать состояние кота и вносить при необходимости коррективы в его лечение».

Ни разу после первого, с УЗИ, осмотра ветеринар его не осмотрела. Из переноски не достала. Даже не подошла к нему. Спрашивала у меня: ну, как дела? Что я могла сказать? Мне хотелось верить, что не хуже. Лапки не сводит. По-прежнему ластится ко мне и сыну. Как-то полизал сметанки с моего пальца. Этого каждый раз оказывалось достаточным для того, чтобы услышать казенное «так и продолжайте» и оплатить в кассе очередной «прием», а также новую порцию лекарств и уколов.

Не платили мы в государственной ветеринарной станции только за бахилы. Хотя, не исключено, их стоимость «ненавязчиво» включена в другие услуги. Каждый прием тут стоит 650 рублей. Для сравнения в частных клиниках — 700. А если вышел из кабинета, чтобы с разрешения его хозяйки осмыслить ситуацию и принять правильное решение, после чего вернулся озвучить его, — плати ещё плюс 650, за «вторичный прием». Как это случилось со мной. В первые минуты после того, как узнала диагноз Макси, была в шоке. В планы доктора успокаивать меня явно не входило. Ни разу я не услышала от неё слов поддержки, профессионального совета. Для меня (неужели мне одной так «повезло»?) находились у неё лишь слова суровой правды, заметно приправленные раздражением.

За неполных две недели «лечения» в госклинике наш семейный бюджет не досчитался порядка пятнадцати тысяч рублей. «Это ещё по-божески, — заметила моя «коллега» по несчастью, с которой я разговорилась в последний свой визит к ветеринарам. Приезжала с Макси, как было велено, на «очередной осмотр». У этой женщины кошечка страдала от водянки. Объехала она с ней в поисках толкового специалиста полгорода. Потратила в короткий срок на осмотры, процедуры и лекарства среднемесячную для города на Неве зарплату — 40 тысяч рублей. Диагноз её кошечке поставил в итоге её знакомый «человеческий» уролог, сам кошатник со стажем. А сюда, на Швецова, приезжала она исключительно на уколы. Живет недалеко. Да и обходятся они тут хозяевам пациентов ненамного, но все же дешевле, чем у частников.

Ещё четыре тысячи ушло у нас на усыпление и кремацию Масюшки. Случилось это поздним вечером той субботы, когда Маргарина Владимировна в очередной раз «осматривала» его. Впрочем, слушала меня она явно вполуха. Не дав досказать, перебила, заметив, что ей вообще-то некогда, выписала новый счет «за прием» и выпроводила.

Читайте также
Хватит ли сил у России пережить третий кризис за 10 лет, устроенный Кремлем Хватит ли сил у России пережить третий кризис за 10 лет, устроенный Кремлем Высокие цены, низкие зарплаты, личные банкротства — к чему еще готовиться

Когда стало понятно, что кот уходит, тяжело, мучительно, мы отвезли его в частную ветклинику. Единственную круглосуточную на три огромных района города. Сначала там потребовали от нас оформить регистрационную форму, подробно изложив всё ней про себя, а потом и животного — где и когда родился, порода, перенесенные заболевания. Затем несколько минут пришлось ждать, когда выйдет врач, похоже, дремавший. Потом мы рассказывали ему историю болезни Макси. После этого он подошел к переноске, открыл её: «А ваш кот уже, кажется, умер». Но усыпляющий укол ему сделал, как сказал, «на всякий случай»…

Моя близкая подруга, потерявшая за свою жизнь, начиная с детских лет, ни одного любимого пса и котика, все те две недели как могла, поддерживавшая меня, удивлялась только одному. А именно — зачем я вообще пошла к ветеринарам.

 — Возраст твоего кота был критическим, так долго они редко живут. В такой ситуации лечение в принципе бесполезно, — считает моя многоопытная Валентина. — В ветклиниках пользуются привязанность хозяев к своим животным, чтобы выкачать из них как можно больше денег. Я в этом не раз убеждалась. Ну, и план надо выполнять. У них ведь теперь, как и у обычных, для людей поликлиниках, сумма зарплаты зависит от пресловутых коэффициентов. Нужно принять определенное количество пациентов. Примешь меньше — не досчитаешься денег. Больше — премия будет. Вот и подгоняют нас, собачников с кошатниками на приемах. И пичкают питомцев непонятно чем и зачем.

На мою просьбу к сотрудникам Государственной ветеринарной службы Петербурга прокомментировать ситуацию, последовал категоричный отказ без объяснений причин.

Коронавирус, последние новости: Пранкер из Алма-Аты арестован за имитацию кашля в метро

Новости мира: В Казахстане введён режим чрезвычайного положения из-за коронавируса

Новости СМИ2
Новости Лентаинформ
Новости СМИ.ФМ
Новости 24СМИ
Последние новости
Цитаты
Андрей Гудков

Экономист, профессор Академии труда и социальных отношений

Любовь Швец

Советник председателя ЦК КПРФ по экономическим вопросам, член ЦК КПРФ, экс-депутат Государственной Думы

Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости НСН
Новости СМИ.ФМ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня