![](/p/persons/975/s-975.jpg)
Крым продолжает изнывать от жары. В тени хорошо за тридцать. Вода на черноморских курортах словно парное молоко, 26−27oС. Даже песок и камни морского дна к полудню становятся необычно теплыми.
На Азовском море зарегистрировали вообще небывалую температуру воды в 29 градусов. Сюда на восточное побережье солнечного полуострова экстренно прибыла экспедиция севастопольского Института биологии южных морей (ИнБЮМ).
— В предыдущие годы мы подобного никогда не отмечали. Температура просто рекордная. Плюс большая часть береговой полосы сплошь усеяна огромными медузами-корнеротами, — рассказала журналистам начальник экспедиции, известный ученый-биолог Наталия Бурдиян.
Впрочем, нынешний азовский рекорд уже был побит на западном побережья Крыма. Здешний лиман у курортного поселка Оленевка прогревался до 30−31 °C. Началось гниение водорослей, падение уровня кислорода и резкое выделение сероводорода. К берегу лимана прибивало мертвую рыбу.
Зато Азовское море сейчас удивительно чистое. Несмотря на высокую температуру, вода практически кристальна. Экспедиция ИнБЮМа зафиксировала большое количество крупных рыб-пиленгасов. Однако полным шоком стало тотальное медузье нашествие, обрушившееся на регион гораздо раньше обычного срока.
Обычно похожие явления наблюдаются под занавес августа или в сентябре. Нынешний кошмар стартовал чуть ли не с начала июля, вместе с аномальной жарой. Первые тревожные сообщения о засилье крупных медуз начали поступать с пляжей Керченского полуострова. Тогда море в Керченском проливе прогрелась до невероятных +27 градусов. Отличная температура для размножения желетелых.
Отсюда они поплыли на запад. За считанные дни были захвачены Феодосия и Алушта, курорты Большой Ялты и Евпатория. Крайней точкой стал знаменитый мыс Тарханкут. Это фантастически красивое место считалось Меккой ныряльщиков. А теперь отсюда выставляют видео, снятое с окрестных скал. Сплошной колышущийся слой студенистых существ буквально покрывает поверхность волн. Завораживающее и реально страшное зрелище. Туристы недовольны, хозяева гостевых домов сокрушаются — море превратилось в «ядовитое желе».
Вообще-то у побережья Крыма обитает два вида медуз. Маленькие аурелии и куда более опасные для человека корнероты. С диаметром купола в полметра и фиолетовыми щупальцами. Прикосновение к ним вызывает болезненные ожоги, может привести к сильнейшей аллергической реакции. Симптомы — тошнота и рвота, боль в голове и животе, сонливость, крайняя слабость. Без медицинской помощи не обойтись
Сегодня мириады этих тварей просто-таки не дают зайти в воду. Советы отдыхающим купаться только в маске помогают мало. Плавательные очки не спасают от ожогов тела. Дошло до того, что власти вынуждены закрывать пляжи Евпаторийской зоны и того же Тарханкута. Но как приехать к морю и отказаться от купаний?
На частных пляжах пытаются ставить заградительные сети. Чем-то похоже на сети от акул. Однако шторм легко рвет эту ограду, а медузы упорно плывут к берегу. Был эксперимент с ультразвуком. Увы, не сработало.
Страдают рыбаки. Например, за последние годы в Черном и Азовском морях на треть сократилась добыча хамсы. Ученые пояснили падение уловов резким ростом количества медуз, которые отбирают кормовую базу у мальков. Ну и банально забивают собой рыбацкие сети.
Азовская акватория вообще переживает экологическую трагедию. Ровно десять лет назад бандеровцы перекрыли Северо-Крымский канал. Как результат, сброс пресной воды уменьшился на порядок. Именно с тех пор начала расти соленость Азовского моря. Что и было нужно для размножения корнеротов.
«Расплодившиеся медузы мешают формированию промысловых запасов рыб, препятствуют прибрежному рыболовству и снижают рекреационное значение Азовского моря», — констатирует Азово-Черноморский филиал Всероссийского НИИ рыбного хозяйства и океанографии.
Свои проблемы в море Черном. После террористического подрыва дамбы Каховского водохранилища сюда потоком пошла огромная масса водорослей нижнего течения Днепра. Это, в свою очередь, привело к взрывному росту зоопланктона, которым питается медузья орда.
Теперь остается понять, что же делать. Свой специфический ответ давали украинцы. Вплоть до начала СВО по всему азовскому побережью кастрюлеголовый контингент охотно пользовал себя медузами. Совершенно уверенный, что таким образом бесплатно оздоровится.
Традиционное здравоохранение практически недоступно для большинства населения самостийной державы. Представить трудно, но по-настоящему массовым украинским хитом стала «медузотерапия». Херсонские и запорожские экстремалы распространяли байки про то, как «соседка вылечила колени медузами, натирая их на пляже». Цитировали «Большую семейную энциклопедию народной медицины доктора Ужегова» с рекомендацией использовать желетелых в качестве растирки суставов.
Обтирание медузами эпидемией распространилось от прибрежных сел Арабатской Стрелки, Кирилловки и Геническа до Бердянска и Мариуполя. Аурелия не подходит, слабо жжет. В соцсетях были выложены подробные видео данного занятия, когда мужчины и женщины трут огромными конеротами — как живыми, так и мертвыми — все тело: ноги, спины, руки.
Плевать, что дикая процедура приводила к остановке сердца, а серьезных аллергических реакций случалось вообще бессчетно. Если медуза большая, ее разрывают, и прозрачной слизью обмазывают «проблемные» места. Терпят, пока не появляется сильное жжение, потом бегут освежиться в море. Мол, «помогает, шобы не крутило, для больного позвоночника и кожи хорошо…»
— Я вот ядом корнерота вирус герпеса лечу. Сказали, достаточно две недели себя натирать и обжигать. Кроме герпеса, медузы помогают при болезнях крови, — вполне серьезно утверждал отдыхающий на базе отдыха «Мотор Сич» в запорожском городке Приморск.
Естественно, для российской публики это кажется занимательным бредом. Практикующим «медузотерапию» предлагают обращаться к психиатру. Только от решения проблем с медузами нам тоже не уйти.
— Учитывая высокую численность медуз и их воздействие на кормовую базу промысловых объектов, одобрена необходимость разработки методов лова желетелых, переработки и реализации в Китайскую Народную Республику, — заявила пресс-служба Росрыболовства.
Там медузы считаются «хрустальным мясом», их подают как деликатес. Варят, жарят со специями, добавляют в салаты. Готовят медузное печенье и напитки. Китайский или южно-корейский ресторан не получит высшую категорию, если в меню нет блюд из желеобразных. Нелегальным выловом медуз занимаются браконеры нашего Приморья. Очищают добычу от щупальцев и продают рестораторам Поднебесной.
К огромному сожалению крымчан, корнеротов китайцы не едят. Зато деликатесом считается аурелия. Оставалась проблема, как транспортировать ценный товар через половину Земного шара.
Ответ найден. Совсем недавно на полуострове научились солить медуз и превращать в полезную для здоровья пасту. Особая технология, где в качестве рассола используются экстракты дубильных веществ растительного происхождения. Проще говоря, отвары из листьев и коры, а также крепкий чай. «Соленые медузы, полученные по нашей технологии, хорошо сочетаются с овощами в составе многокомпонентных блюд и салатов, с различными соусами и заливками», — утверждают специалисты крымского филиала ВНИРО.
Нашлось и собственное средство лечения. Крымский иссоп, он же «синий зверобой» славился еще с советских времен. Уникальное, полезное растение активно использовалось в отечественной парфюмерной индустрии. У масла иссопа очень сильные заживляющие, антигистаминные свойства. Женщины применяли его после косметических процедур, чтобы снять раздражение.
Вместе с развалом СССР рухнуло производство эфиромасличных культур Республики Крым. Если с возвращением в Россию плантации розы чайной и лаванды постепенно возрождаются, иссоп до сих пор занимает совершенно незначительные площади, лишь 30 га на весь регион.
Самое большое поле под Бахчисараем. Здешняя агрофирма, прославившись необыкновенными по красоте лавандовыми полями, теперь занялась «синим зверобоем». Причина понятна. «Он настолько чудодействен и целебен, что даже аллергическую реакцию от укуса медуз убирает. Проверенно, по медузам несравнимо эффективнее обычных медикаментов - говорит директор агрофирмы Алексей Мишин. — Эфирного масла получаем меньше, чем с гектара лаванды, но более ценное».