Дети-диверсанты: Чем объяснить чудовищный рост привлечения наших подростков к терактам по указке кураторов ВСУ

Число детей, совершивших преступления террористического характера, выросло за 6 месяцев нынешнего года более чем в два раза по сравнению с аналогичным периодом 2025 года. Об этом заявила прессе официальный представитель СК РФ Светлана Петренко.

«В первом полугодии текущего года уже 196 подростков были уличены в подобных деяниях», — отметила она, добавив, что на такие преступления идут дети совершенно из разных семей, в том числе из благополучных.

При этом ранее Светлана Петренко уже говорила, что по итогам 2025 года число детей, которые совершили террористические преступления по указке украинских спецслужб, выросло на 178%, а тех, кто совершил экстремистские преступления, на 200%.

Почему же число попыток диверсий с участием наших детей растет в последние два года такими ужасающими темпами?

Читайте также

Полковник Дуглас Макгрегор: Как далеко русские продвинутся на север после захвата Одессы, пока сказать сложно «Суровикин — именно тот человек, который нужен для решительного наступления России»

Укровербовщики становятся изобретательнее? Или же мы где-то недорабатываем?

— Чем хуже для киевского режима будет ситуация на фронте, тем большее количество диверсий и терактов он будет пытаться осуществить на российских территориях, — заметил в беседе с «СП» политолог, ветеран СВО Олег Иванов.

— Таковы закономерности боевых действий — чем хуже дела в открытом бою, тем сильнее проигрывающей стороне хочется компенсировать потери на других «фронтах» противостояния. Поэтому-то и СБУ, и Главное управление разведки Украины сейчас активизируются в сфере вербовки диверсантов внутри нашей страны. В первую очередь — среди молодежи и подростков. Это одна сторона дела.

«СП»: А другая?

— Другая в том, что одновременно улучшилась противодиверсионная работа и наших правоохранительных органов. Более активно применяются различные технические возможности и новшества для отслеживания попыток вербовки наших молодых людей.

Я не думаю, что количество желающих поддерживать преступный киевский режим и предавать Отечество путем совершения диверсий и терактов внутри России выросло. Просто рост, о котором говорит СК РФ, — это следствие в том числе и активизации наших усилий по выявлению вербовок на ранних этапах.

«СП»: Раз ситуация на фронте так влияет на настойчивость украинских спецслужб в сфере вербовки диверсантов среди наших детей, логично ли предполагать, что они не отступятся от своих намерений и по окончании СВО?

— Если исчезнет нынешний киевский режим, диверсанты долго не проживут и исчезнут. И здесь очень важно понимать, что мы как раз ставим одной из целей СВО именно прекращение существования такой преступной власти на Украине.

Коль скоро нынешнего преступного режима в Киеве не будет, то, я думаю, мы получим в свое распоряжение списки всех лиц и сетей, причастных к вербовке диверсантов среди граждан России. Сети мы, естественно, уничтожим, а с конкретными лицами будем поступать по справедливости.

«СП»: А как нам быть с еще не выявленными спящими террористическими ячейками, которые наверняка еще существуют среди граждан Украины на нашей территории?

— Еще раз повторю, если преступного киевского режима не будет — а я уверен, что его не будет после СВО — то спящие ячейки просто прекратят свое существование. Если таковые отыщутся, они будут просто уничтожены.

— Нынешний рост числа выявленных попыток завербовать диверсантов среди нашей молодежи вызван двумя основными причинами, — считает президент Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Сергей Гончаров.

— Первая заключается в том, что на Украине при помощи наших европейских недругов на вербовке россиян постоянно сосредоточено более 130 больших колл-центров. И методы, используемые ими, становятся все изощреннее и изощреннее.

Одно из новшеств — так называемая «медовая ловушка». Молодые пацаны залезают на сайт знакомств и находят там красивых девочек, вступая с ними в переписку. А за спиной такой «девочки» сидят украинские спецслужбы.

Я вам сейчас рассказываю реальный случай: «девочка» пишет парню — ты такой крутой-раскрутой, ты мне очень нравишься и всё такое, только, я тебя попрошу отнести посылку одному человеку в ваш военкомат. У парня сердце заходится от таких комплиментов, он на радостях несет эту посылку куда указали, а там взрывное устройство. И привет, диверсия.

Вторая главная причина носит экономический характер. Будем честны — многим семьям тяжело сводить концы с концами, а в наших школах процветает буллинг. Подросток становится объектом очень жестокой травли сверстников буквально за что угодно — за немодные кроссовки, за устаревшую модель телефона и так далее.

Не выдерживая такого длительного прессинга, подросток готов согласится на что угодно, только бы это прекратилось. И в результате за условные 5−10−20 тысяч рублей готов Родину продать путем участия в диверсиях каких-то.

«СП»: Как этому противостоять?

— Наконец-то до наших чиновников от образования что-то дошло, и теперь в школах, как я слышал, будут с детьми работать в этой сфере психологи.

Их задача — объяснить детям, как может выглядеть вербовка, как ее распознать, и самое главное, что с этим делать.

Сейчас очень своевременно и совершенно правильно нашими правоохранителями подчеркивается — если подростка пытаются вовлечь в диверсионную деятельность, если он получает какие-либо явно противоправные задания от наших врагов, но ничего этого не делает и добросовестно рассказывает о таком, то ему никакого наказания не будет. А наказание-то законом предусмотрено за диверсии очень серьезное.

Поэтому и школа, и родители должны понимать, что стоит на кону. Или ребенком занимаются, или он «отъедет» лет на 10 за теракт или диверсию.

Родители не должны заниматься своими проблемами, пока их сын или дочь, как они думают, тихо сидит за компьютером.

Читайте также

Ларри Джонсон: Трамп пошел на поводу у Путина, начав отменять санкции «Русский дизель» — это ни о чем, его хватит Штатам меньше чем на день

Ради безопасности детей надо отслеживать, с кем и на какие темы ребенок при этом общается. Даже если родители уверены, что он «просто чего-то строит в виртуальной реальности», надо удостоверяться — а вдруг это совершенно не так? Это очень важно.

«СП»: Школы должны что-то еще предпринимать, кроме работы психологов?

— Сейчас среди нас много молодых ребят, у которых вся грудь в орденах за мужество и героизм на полях СВО. Почему их массово не приглашают в школы, чтобы они лично рассказывали детям, как они защищали на линиях фронта свое Отечество? Они, кстати, могут очень доходчиво объяснить подросткам, что непатриотично продавать свою Родину за 5 тысяч рублей, за новые кроссовки. И что вообще Родину продавать нельзя.

То есть это чисто воспитательная проблема. Но что в наших школах говорят учителя? Мы, дескать, детей учим, а воспитанием пусть родители занимаются. А родители, в свою очередь, руководствуются принципом «нам все пофиг, мы работаем с утра до вечера». А ребенок тем временем сам по себе.

«СП»: Но учителя в некотором роде правы — само государство говорит, что они должны только «оказывать образовательную услугу», и все. Не пора поднимать в таком случае глобальную проблему отсутствия идеологии для подрастающего поколения на государственном уровне?

— Да, сейчас у нас в Конституции страны само слово «идеология» отсутствует. Но ведь идеология — это не про навязывание кому-то чего-то. Это про любовь к Родине прежде всего. Если мы считаем, что наша страна великая, — а для этого есть все основания — то и подрастающие поколения надо воспитывать в духе гордости за нее.

Раньше в школах проводили беседы с ветеранами Великой Отечественной войны. Потом — с воинами-«афганцами». Потом — с теми, кто прошел «чеченскую войну». А сейчас настало время для того, чтобы ветераны СВО выступали в первых рядах в деле воспитания у детей патриотизма и любви к Отечеству.

Сводки СВО, новости и все самое важное о спецоперации на Украине, — в теме «Свободной Прессы».