Свободная Пресса в Телеграм Свободная Пресса Вконтакте Свободная Пресса в Одноклассниках Свободная Пресса на Youtube
Армии и войны / Великая Победа
20 февраля 2022 09:01

Вышел из тюрьмы и стал Героем Советского Союза

Почему разведчику Владимиру Карпову присвоили золотую Звезду Героя только в 1944 году

7970
На фото: русский советский писатель, публицист Владимир Карпов
На фото: русский советский писатель, публицист Владимир Карпов (Фото: Юрий Машков/ ТАСС)

Никогда не оскудеет земля русская на подвиги и тех, кто их совершал и совершает во имя своего народа. Не всегда только наши герои получают почет и уважение сразу. О таком герое сегодня речь.

В этом году исполняется 100 лет со дня рождения одного из кавалеров этого ордена — Героя Советского Союза Владимира Карпова, человека с удивительнейшей судьбой.

Так уж получилось, что родился Владимир Васильевич 28 июля 1922 года в уральском городе Оренбурге. Но вырос и учился в Ташкенте. Как вспоминал много позже сам Карпов, школа № 61, где он учился, находилась рядом с военным училищем. Так что вместе с ним учились много детей командиров. И одним из них был сын начальника училища Юра Петров, с которым Карпов дружил и у которого часто бывал в гостях.

«Уже ближе к окончанию школы я как-то услышал от его отца, Ивана Ефимовича Петрова: „А ведь из тебя, Володя, получится хороший командир. Поступай в училище“, — рассказывал автору этого материала уже в начале нового, 21-го века Владимир Васильевич Карпов. — Я, действительно, был тогда здоровым, крепким парнем, занимался боксом. Правда, мне ещё не исполнилось восемнадцати, о чём я и сказал Ивану Ефимовичу. „Ничего, ты в свои семнадцать с половиной выглядишь на все двадцать, — ответил он. — А потом, я начальник училища — мне и решать“. Так я и стал курсантом».

Читайте также
Новые афганские власти показывают Москве «Кузькину мать» Новые афганские власти показывают Москве «Кузькину мать» Талибы* вплотную подошли к границам ОДКБ. Ждём провокаций?

Нечего и говорить о том, что это было судьбоносное решение — связать свою судьбу с военной службой. Но именно этот шаг и привел парня не только в ряды Красной, а затем и Советской армии, но и обессмертил его имя, сделав впоследствии знаменитым на всю страну. Так уж получилось, что в 2006 году мне удалось встретиться с Владимиром Васильевичем и взять у него интервью. Но почему-то именно накануне 23 февраля вспомнился еще один аспект судьбы легендарного писателя, а во время войны — не менее легендарного разведчика, о чем он сам поведал мне в нашей беседе более 15 лет назад.

«Проучился я два года. И на 23 февраля 1941-го намечался выпуск командиров — продолжал он. — Каждому из нас сшили по индивидуальному заказу всю форму от гимнастёрки до шинели (не то, что сегодня, когда обмундирование выдают со склада). У меня всё было готово к госэкзаменам… И вдруг 4 февраля, за 19 дней до выпуска, меня арестовали».

«За что?», — вырвалось у меня тогда. Вот как ответил на этот вопрос сам интервьюер…

«Все поэты — вольнодумцы. Высказывал крамольные мысли и я — о том, что Ленина забывают, что Сталин не был вторым после него человеком в революции. По тому времени это — большой криминал, антисоветская агитация, — признавался тогда Владимир Васильевич. — Нашлись стукачи, которые доложили, „куда следует“, и я оказался в одиночной камере подземной тюрьмы НКВД. Меня судили и дали пять лет лагерей и три года лишения прав после отбытия наказания. Я попал в „Тавдинлаг“ — это Северный Урал: тайга, глушь, морозы по 50−60 градусов. А работать пришлось на лесоповале — тяжелейший труд: лесину-то свалить ой как непросто. Особенно трудно сучья обрубать прыгая в глубоких сугробах. И рабочий день — от темна (с шести утра) и до темна. Вот такая была лагерная жизнь».

Логичный вопрос: неужели крепких, сильных парней не могли отправить на фронт?

Карпов, как и многие другие, конечно же, писал письма в правительство и лично Михаилу Ивановичу Калинину. Просил отправить его на фронт.

«Я ведь почти командир, здоровый, спортивный, чемпион Средней Азии и Среднеазиатского военного округа по боксу. И вот в один из дней в конце 1942 года пришло освобождение с направлением в штрафную роту — вспоминал Владимир Васильевич. — К тому времени я отсидел почти два года. Давно отгремела Московская битва, а Сталинградская была в самом разгаре, и потери в Красной Армии были очень большими. А так как на фронт всех, кого могли, уже призвали, то и выбирали по лагерям ребят помоложе, поздоровее — не таких уж больших преступников (по делам это видно). С нашего лагпункта отобрали человек десять, вызвали на вахту».

А там, по словам Карпова, сидит этакий амбал с «вот такой ряхой», проверяет документы на освобождение и цедит сквозь нижнюю губу: дескать, зря их всех выпускают — все равно в первом же бою убегут к немцам.

«На стене перед ним висел плакат „Ордена и медали СССР“, — вспоминал Карпов. — И я тогда сказал ему: „Вы, гражданин начальник, напрасно так плохо думаете о людях — я, может быть, ещё орден получу“. В действительности же всё, что было изображено на этом плакате, я в конце концов заслужил, — даже то, чего не было на нём и что учредили уже во время войны». А это десятки заслуженных боевых орденов и медалей.

А дальше действительно были суровые версты войны и штрафбат, в который определили молодого бойца.

Во время нашей беседы, помню, я, пользуясь случаем, решил спросить у заслуженного героя, ветерана о том, о чем тогда думал не только я, но и многие — а действительно ли бойцы, поднимаясь в атаку кричали «За Родину!» и «За Сталина!»? И услышал в ответ:

Кричали и «За Родину!», и «За Сталина!». Более того, коммунисты, которых так все ругают сегодня, поднимались в атаку первыми.

Но лично меня в беседе с прославленным героем поразило другое. Когда и после первого боя, и после второго, и позже из более чем сотни штрафников в живых осталось всего несколько человек, комбат все никак не мог поверить, что Карпов жив, тогда он попросил его выйти из помещения и посмотреть — может быть, он ранен и, следовательно заслуживает снятия судимости как смывший ее кровью. Но ранений, как ни проверял молодой офицер, не было. Но была героическая служба и — «языки», которых регулярно приносил в расположение своего батальона Карпов. Более того, он был признан лучшим разведчиком по итогам нового 1944 года, когда в Главпуре (Главном политуправлении Красной армии) подсчитали, что лично и в составе группы сослуживцев Карпов взял 79 языков противника.

И тогда командир подписал наградные документы о присвоении ему звания Героя Советского Союза и послал их в Москву. Ответ из Москвы пришел быстро — почти окрик: вы, дескать, хоть думайте — кого представляете к такому высокому званию — врага народа! Причем эта история повторилась трижды. Но в 1944 году, после того, как Карпов выполнил особо важный приказ и принес из-за линии фронта ценные и нужные для наступления карты, представление в Москве все-таки было удовлетворено. И Владимиру Карпову, еле живому после тяжелого ранения сообщили уже в медсанбате о присвоении ему звания Героя Советского Союза.

Потом была служба в ГРУ Генштаба ВС СССР. А после войны — еще и карьера писателя, причем, довольно успешная: Владимир Карпов является автором десятков произведений о войне, за некоторые из них он даже стал Лауреатом Государственной премии и других наград. А некоторые его произведения стали бестселлерами.

Читайте также
Кем Путин Лукашенко заменит? Кем Путин Лукашенко заменит? В Белоруссии призвали Россию сменить им президента

Владимир Васильевич избирался народным депутатом СССР и был секретарем Союза Писателей СССР. И, конечно же, он вел большую работу по патриотическому воспитанию молодежи.

«Писатель смотрит не только вдаль, но и назад, учитывая старый опыт, — причём, должен делать это объективно, — признавался в той нашей беседе Владимир Васильевич. — А почему у нас долго не было патриотического воспитания и духа, так это потому, что его разломали. Сейчас фактически идет Третья Мировая война. Как ни странно, многие об этом даже не подозревают. Это идеологическая война — без применения орудий и пороха. И суть её в так называемой доктрине Даллеса: навязать все моральные пороки нашим людям, особенно молодёжи. Сделать алчность, ложь, развращённость нормой жизни. И, в конце концов, развалить страну, что, собственно, и случилось в 1991 году. Так что наши противники тогда даже отчасти праздновали победу. Но, как говорится, не говори „гоп“, пока не перепрыгнешь!».

Последние новости
Цитаты
Владимир Оленченко

Старший научный сотрудник Центра европейских исследований ИМЭМО РАН

Фоторепортаж дня
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня