Отстраивать послевоенную Сирию будет Китай

В недавнем интервью изданию The New York Times, Ахмед аш-Шараа, президент переходного периода Сирии, заявил: новое правительство ведет активные переговоры как с Россией, так и с Турцией. Поскольку обе страны имеют военные базы на сирийской территории.

Однако интересы в Сирии имеет еще одна сверхдержава — Китай, свидетельствует исследование фонда Observer.

В течение последних двух лет внешняя политика Китая была все больше ориентирована на арабский мир: Пекин поддерживал арабские государства в отношении сектора Газа. В частности, делегацию ХАМАС и других палестинских организаций принимали в Пекине.

Позиции Китая в сердцах и умах арабов все сильнее укрепляются, и все недавние опросы свидетельствуют: США на Ближнем Востоке значительно уступают по популярности своим восточным конкурентам.

Китай заинтересован в том, чтобы упрочить влияние и в Сирии. Причем это связано с геополитическими вызовами, отмечает Observer: при новом сирийском руководстве могут значительно усилиться политические позиции уйгурских боевиков. Китай стремится этого не допустить.

Группировка, которую ранее возглавлял аш-Шараа, активно привлекала в свои ряды боевиков из разных стран. В том числе уйгуров. Активно продвигались пропагандистские видеоролики и публикации с участием уйгурских бойцов. Это были качественно снятые видеоролики на уйгурском языке о том, как уйгуры сражаются с солдатами армии Башара Асада. Террористы выпускали видео, в котором уйгурские боевики угрожали «реками крови» китайскому государству.

Естественно, Пекин не мог остаться в стороне после недавней смены режима в Сирии, в результате которой уйгурские боевики заняли видные посты в обновленной сирийской армии. По оценкам Observer, речь идет примерно о 2 тысячах боевиков. По крайней мере, один из 50 известных высокопоставленных командиров (Абдулазиз Давуд Ходаберди, известный как Захид) — это уйгур.

Как отмечает Observer, Китай будет выстраивать отношения с новыми властями Сирии так же, как ранее с новыми властями Афганистана. Сообща с талибами китайские военные также пытаются решить проблему уйгурского терроризма. Такой план сработал: вскоре после того, как талибы захватили Кабул в августе 2021 года, «Талибы» по договоренности с Пекином оттеснили уйгурских боевиков подальше от узкой 76-километровой границы Афганистана с Китаем в провинцию Бадахшан.

Китай умеет быть благодарным. За «услугу», оказанную талибами, Пекин платит огромными инвестициями и дипломатической поддержкой: Китай активнее, чем любая другая страна, участвует в политическом и экономическом взаимодействии с Афганистаном.

Теперь же Пекин предлагает и серьезные экономические проекты для новых властей Сирии, заинтересованных в иностранных инвестициях, пишет исследователи из Вашингтонского института Грант Рамли и Аарон Зелин. Китайские лидеры провели уже 4 встречи с сирийскими.

В начале февраля состоялась встреча с китайской торговой делегацией, в конце февраля — китайский посол Ши Хунвэй встретился лично с президентом аш-Шараа и министром иностранных дел Асадом аль-Шейбани.

В конце марта состоялась еще одна встреча между Ши и Шайбани, на которой посол «подтвердил уважение своей страны к суверенитету, территориальной целостности и независимости Сирии», пообещал «не вмешиваться в её внутренние дела» и «подчеркнул свою поддержку Сирии в переходный период для успешного преодоления сложившейся ситуации».

В середине марта состоялась встреча министра сельского хозяйства Сирии с делегацией Сирийско-китайской ассоциации сотрудничества. На ней уже обсуждали конкретные китайские инвестиции в сирийский АПК.

Сирия важна для Китая не только с точки зрения безопасности, но и для геоэкономики. Ведь Сирия занимает ключевое положение, соединяя Азию, Европу и Африку, а без этого будет сложно развивать проект Си Цзиньпина «Один пояс — один путь», пишет в журнале The Diplomat исследователь Асад Улла.

Пекин заинтересован в том, чтобы инвестировать в послевоенное восстановление Сирии и помощь беженцам. Даже во время гражданской войны Китай активно торговал с Сирией: в 2022 году двусторонний товарооборот между двумя странами превысил $400 млн. Сирия экспортировала в Китай такие товары, как мыло и эфирные масла, в то время как Китай ввозил машины, оборудование и ткани.

Неудивительно, что Китай еще при Асаде был противников американских экономических санкций против Сирии и требовал их отменить. Теперь эти призывы зазвучат с новой силой.