Мнения / Литература
1 апреля 19:23

Элитка для юных

Как нам не потерять своих детей и всю страну за играми в элиту

2183
Элитка для юных
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

К Международному Дню детской книги 2 апреля мы пришли с двойственным чувством: с одной стороны, показатели прекрасны: у нас много чудесных детских книг, много хороших писателей, художников и издателей, с другой стороны, положение многих настоящих писателей трагично, а юные читатели по всей стране обделены хорошей литературой. Любой добрый человек, сочиняющий байки и вирши для детей и внуков, может почувствовать себя писателем: издаться за свой счёт или за счёт какого-нибудь доброхота и энтузиаста, стать членом какого-нибудь из союзов литераторов и вести образ жизни, соответствующий ремеслу — встречаться с детьми, писать на визитной карточке «Член Союза Писателей» и размещать в сети свои фото с читателями.

Детская литература раздалась вширь и вобрала в себя большое число как одарённых людей, так и борзописцев, «труды» которых никогда не видели живого редактора. Доходы писательское ремесло приносит, за редким исключением, только «рыночным писателям» — раскрученным проектам агрессивно работающих на рынке издательств. Обычно правило простое — чем меньше таланта, тем больше тираж. Повторяется история ХIХ века, когда «Современник» и «Литературная газета» не приносили дохода гению, а «Северная пчела» и «Литературные листки» процветали и кормили проходимцев.

Семь лет назад на базе Российской Государственной Детской Библиотеки (РГДБ) по моей инициативе был организован Всероссийский Фестиваль детской книги. Этот фестиваль, в котором участвовало кроме тысяч читателей ещё сотни специалистов в детской книге, помог нам лучше понять насущные проблемы современной детской литературы. Проблемы эти имеют системный характер и здесь нужна государственная воля, потому что речь идёт о задачах государственной важности за рамки библиотеки. Мне уже приходилось не раз говорить и писать об этом на страницах разных изданий: в стране за одно столетие дважды поменялся государственный строй, рухнуло здание советской детской литературы, которое строили Горький и Маршак, и ничего не было построено взамен. Забавно, что мою предыдущую статью на ту же тему, опубликованную в «Свободной прессе» пару лет назад какой-то доброхот послал в Администрацию Президента, откуда она благополучно вернулась на стол директора РГДБ — и круг замкнулся.

Читайте также

Хорошие современные книги — та же вакцина, прививка от глупости, пошлости и подлости, с которыми встречаются дети и подростки в жизни. Книга содействует личностному росту ребёнка, большие тиражи лучших книг позволяют создать и поддерживать единое пространство русской культуры, а в случае издания многих хороших книг малыми тиражами и безвкусицы — большими мы рискуем получить разбиение общества на страты, которые приводят к расколу нации.

К сожалению, сейчас издателям дешевле проще выпустить переводную книгу западного автора. Такие книги имеют успех, входят в каталоги «100 лучших книг», закупаются московскими библиотеками и… приводят к тому, что дети из семей, которые могут себе позволить покупать книги, знакомы с реалиями жизни западных сверстников лучше, чем с жизнью и историей родной страны. Они уже с малых ногтей как бы намагничиваются на Запад: мало того, что в торговых центрах у нас представлены российские и западные бренды примерно в соотношении один к ста, у нас и книги двигаются в эту сторону. Я совсем не против прекрасных книг западных авторов, но вот какая незадача: если вы захотите прочитать познавательную книгу по нейробиологии, узнать, как устроен человеческий мозг и наберете в поисковике запрос, то на десять переводных книг выйдет в лучшем случае одна наша. А ведь в познавательных книгах рассказывают не только о предмете, но и об учёных, которые сделали открытия, о научных школах — и само собой, в переводных книгах будет больше учёных и школ тех стран, с языка которых делается перевод (мы даже делали доклад об этом на конференции «Математика. Компьютер. Образование») В качестве вопиющего примера также можно привести переводные книги по космосу, где очень щедро описаны достижения американских астронавтов, но доходит до смешного, когда информация про первый полет человека в космос дается скомкано и без упоминания даже имени Юрия Гагарина.

В Российской Федерации живет 32 миллиона детей, а средний тираж хорошей книги отечественных авторов одна-две тысячи экземпляров, значит, большая часть детей даже и родителей даже не узнают о ее существовании.

Есть довольно много определений элиты, но здравый рассудок подсказывает нам, что в это понятие входит круг лиц, которые имеют лучшее образование, занимают высокое положение в обществе и имеют финансовую независимость. Если говорить о духовной и нравственной элите, то здесь важна мера ответственности перед обществом — и обычно в эту элиту входят писатели, художники, учёные, религиозные и политические деятели с безукоризненной репутацией. Представим, что модные книги, малые тиражи будут для избранных — они и станут нашей элитой. Но как же тогда всё остальное население? Они будет думать, что элита — в телевизоре, и формируется она по принципу блата — и хайпа: кто словил хайп или попал в блат власти — тот и в элите. При таком образе мысли недалеко до ненависти и новых потрясений… Будет нарастать разрыв: мозги у «продвинутых» будут перекормлены, у прочих — недокормлены, и у нас будет формироваться нежизнеспособное общество, этакий динозавр с малой головкой, все помыслы которой устремлены на Запад, и огромном туловищем, которое «погрязло в России».

Я много путешествовал по стране и за рубежом перед пандемией, представлял Россию на семи международных книжных ярмарках — и могу поделиться печальными наблюдениями: разнообразие и тиражи западных книг в области нонфикшен в сотни раз превосходят разнообразие и тиражи наших книг. Интеллектуальная мощь страны определяется её способностью генерировать новые смыслы в науке и технике, культуре и образовании. Как учёный, я вижу, что власти стали поддерживать науку и научных сотрудников в нашей стране. Важно выработать теперь механизмы поддержки детской книги и масштабирования её, отбора и тиражирования на всю страну. Мы не раз уже предлагали создать Институт детской книги, Координационный центр по детской книге или что-то в этом роде, чтобы решить насущные вопросы и выправить системные искажения. Но воз и ныне там… «Программа поддержки детского чтения», «Программа десятилетия детства» — это всё будет мертвому припарки, если не решать вопросы детской и подростковой литературы в комплексе и системно.

Три года назад на встрече с Сергеем Собяниным я высказал по сути эти все мысли, он дал распоряжение решить вопрос о создании Координационного центра по детской книге, но, к сожалению, дальше дело не пошло. В Экспертном Совете по позитивному контенту при Уполномоченной по правам ребенка при Президенте РФ мы разработали ряд проектов — и эти предложения тоже пока повисли в воздухе. Мы нашли понимание у Анны Юрьевны Кузнецовой: ведь по сути эти малые тиражи и малая доступность лучших книг (при массовом закрытии книжных магазинов, отсутствии системы широкой комплектации библиотек страны) нарушают права ребёнка… О чём-то похожем писал на сайте «Русской жизни» пару лет назад писатель из Нижнего Новгорода Андрей Богдарин — очевидно, что назрела необходимость реформ в организации детской литературы у нас в стране, если мы хотим не потерять страну и наших детей…

Отдельно хотелось бы дать ответ на вопрос: так ли уж необходима бумажная книга, если все есть в Интернете. Тут скорее я могу ответить, как биофизик и один из авторов книги «Ключи от головы» (о развитии мозга). Мой соавтор нейробиолог Вера Толченникова выделяет несколько преимуществ бумажной книги:

«Во-первых, физическое разграничение информационных потоков облегчает обработку информации в мозге. Захлопнул книгу — взял новую, а она на другой полке. На электронном носителе все книги, как правило, на одном планшете, там же игры, фильмы, социальные сети. Это способствует наложению информационных потоков (интерференции) и усложняет усвоение информации мозгом. Во-вторых, книга — реальный физический объект, который можно трогать, листать, нюхать, страницы её шуршат. Микродвижения в виртуальном пространстве более мелкие и требуют более тонкой координации, в результате у школьника развивается переутомление. В третьих, перенос всех сфер деятельности в виртуальное пространство отрывает ребенка от реального мира и лишает его связи с реальностью. Мы получаем детей, которым трудно общаться в реальной жизни, матерей, которые предпочитают планшет собственному ребенку, людей, которые чувствуют себя беспомощно без телефона или планшета».

Если речь о хорошей книге, то её содержание проходит целую цепочку экспертов, которые гарантируют на выходе качество, в то время как Интернет никак не может гарантировать этого. Поэтому ответ однозначен: да, бумажная книга — неотъемлемая часть образовательной и воспитательной базы любого ребенка.

Напоследок, еще один аргумент, который необходимо учитывать, если мы не хотим оказаться перед пропастью, которая разделит нас и наших детей, и расколом общества: это гражданская ответственность самих авторов, без которой невозможно сохранить мир. В последнее время часто приходится сталкиваться с критикой страны и отрицательными кодами, закладываемыми в головы подрастающему поколению. «В этой стране…» и прочие подобные высказывания по любому поводу с неизменным негативным акцентом формируют основу восприятия жизни в собственной стране. Если мы хотим хорошего будущего для себя и своих детей, то впору задуматься над тем, что мы говорим, как авторы, насколько мы даём себе отчёт в пропаганде тех или иных политических взглядов. Это, скорее, вопрос профессиональной этики, который также возможно и необходимо решать через Институт детской книги, который мог плодотворно взаимодействовать с Министерством Просвещения и Минцифрой, через существующие Союзы писателей и Министерство Культуры.


Читайте также

Автор считает своим приятным долгом поблагодарить членов Экспертного Совета по позитивному контенту при Уполномоченной по правам ребенка при Президенте Любовь Тарайкевич и Елену Фесенко за полезные обсуждения.

P.S. После того, как статья эта была дописана, мне пришёл ответ на запрос, который переслал депутат Госдумы Сергей Шаргунов в Министерство Культуры. Там были перечислены все проекты, советы и ассоциации, которые содействуют продвижению чтения в РГДБ. Но дорогие господа, если у вас так много всего придумано и работает, то почему же остаются мизерными тиражи прекрасных детских книг? Здесь ведь не только компетенция Министерства Культуры и библиотек, именно потому мы и писали не раз, что нужна координация с Министерством Просвещения, нужно решение на более высоком уровне, чем библиотеки. Вот простой пример: в учебниках, одобренных Министерством Просвещения, в текстах сочинений ЕГЭ используются тексты рассказов современных детских писателей, в том числе и мои рассказы. Но у нас никто об этом не спрашивал, никаких договоров мы не подписывали и, тем более, гонораров не получали. Дело даже не в гонорарах, а простом в согласовании с авторами. Недавно мы нашли в учебнике для второго класса даже не рассказ, а черновик рассказа Михаила Есеновского. Это как понять? Вот, казалось бы, тираж! Учебники же идут по всей стране… Но черновик по сути украден, и не выверен автором. Ясно, что вопрос этот не к библиотеке, и защитить писателя должна бы другая институция.

Что касается Концепции программы поддержки детского и юношеского чтения, которую согласно полученному письма Министерство Культуры РФ успешно реализует: хотелось бы полюбопытствовать у представителей Министерства: как вы это делаете, когда названная Концепция, подписанная в 2017 году так и не прошла утверждение Минфином и до недавних пор лежала под сукном? Об этом не далее как 25.03.2021 года говорила М.А. Веденяпина на встрече с президентом Российской Федерации!

За последний год от нас ушло несколько прекрасных детских писателей: скончался классик детской литературы Валерий Шульжик (автор знаменитого «Поросёнка Фунтика»), умерла Инна Гамазкова, автор чудесных познавательных книг, ушли Валентина Ланцетти и Сергей Переляев. Все они испытывали трудности с изданием своих книг, Шульжику приходилось издаваться за свой счет, на выпуск книжки Ланцетти собирали друзья, мы смогли выпустить только одну книгу Переляева — и то малым тиражом… Огромная несправедливость не только для них, потеря для всех детей нашей страны — отсутствие массовых изданий книг людей с таким уровнем таланта!

Последние новости
Цитаты
Андрей Коряковцев

Философ, социолог, доцент кафедры философии, социологии и культурологии Уральского гос.педагогического университета

Максим Стародубцев

Председатель правления Общественной организации защиты потребителей медицинских услуг «Здравоохранение»

Комментарии
Фоторепортаж дня
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня