Экономика / Курс валют
20 апреля 2020 14:20

А. Бунич: У Путина нет другого пути, кроме девальвации

Правительству нужен дешевый рубль, чтобы перекрыть выпадающие доходы от нефти

119375
Материал комментируют:

В 2021 году можно ожидать укрепления курса рубля. Такое мнение высказал президент-председатель правления ВТБ Андрей Костин. По его словам, курс доллара вырос «в допустимых для банков пределах».

«Я верю, что мы не выйдем за пределы 80 рублей за доллар, а в дальнейшем, в 2021 году, курс рубля укрепится. На мой взгляд, у ЦБ и Министерства финансов есть возможность, в случае необходимости, поддерживать курс», — сказал Костин в интервью РБК.

Нестабильную ситуацию на финансовом рынке он объяснил тем, что «инвесторами руководят эмоции, а не расчеты».

Чертовски хочется оптимизм Костина разделять. Но суровая реальность не позволяет. Российский бюджет, как всем известно, получает доходы в основном за счет торговли нефтью. А цены на нефть, после шокового падения в марте, настойчиво продолжают проседать.

20 апреля цена на американскую нефть WTI упала ниже $15 за баррель впервые с 1999 года. Причина тому — растущие опасения, что сырье скоро негде будет хранить в условиях рекордно низкого спроса, сообщило агентство Bloomberg. В Техасе некоторые покупатели платили по $2 за баррель. Это может означать, что американским производителям нефти вскоре придется доплачивать покупателям, чтобы от нее избавиться, считает агентство.

Читайте также
Узбеки выручили Путина с масками Президент не может уволить министра Мантурова, потому что он — «чемезовский»?

Стоимость Brent на торгах в Лондоне также снизилась — на 2,4%, до $27,4 за баррель.

На этом фоне правительство РФ, особо не афишируя, прикидывает масштабы потерь. И они впечатляют: как пишут «Известия», дефицит бюджета по итогам 2020 года может составить 5,6 трлн. рублей.

Для понимания: еще в феврале ожидался профицит в 900 млрд. При тогдашней прогнозируемой цене на нефть $57,7 за баррель доходы ожидались на уровне 20,6 трлн. рублей. Теперь, согласно рабочей версии, цена нефти составит $20 за баррель, а прогнозируемая сумма доходов — всего 15,2 трлн. рублей (расходы при этом вырастут с 19,7 трлн. до 20,8 трлн. рублей).

Заткнуть дыру в бюджете призвана сделка по покупке акций Сбербанка у ЦБ — по сути, формальный предлог, чтобы взять 2,139 трлн. рублей из Фонда национального благосостояния (ФНБ). Но этого недостаточно, поэтому кабмин рассчитывает вынуть из ФНБ еще 2 трлн. рублей, плюс более 1 трлн. привлечь за счет дополнительных источников.

Фонд, понятно, не резиновый. Но, как заявил министр финансов Антон Силуанов в эфире телеканала «Россия 1», в ФНБ с учетом всех текущих трат к концу 2020 года останется около 7 трлн. рублей (на 1 апреля его объем составлял 12,855 трлн). «Если смотреть на цены на нефть как сегодня, до 2024 года этот ресурс будет достаточен», — отметил Силуанов.

Проблема в том, что ситуация развивается непредсказуемо. Остановка значительной части экономики РФ из-за коронавируса требует колоссальных компенсаций. Достаточно напомнить, что председатель Счетной палаты Алексей Кудрин ожидает увеличения безработицы втрое — с 2,5 млн. до 8 млн. человек.

Сказанное означает, что рублю просто не с чего укрепляться. Напротив, кабмин будет рубль и дальше девальвировать — хотя, казалось бы, дальше некуда: с 2013 года национальная валюта полегчала по отношению к доллару более чем в 2 раза.

По мнению финансистов, опрошенных Forbes, падение нефтяных цен до $30 за баррель предполагает курс 80−90 руб./$. В случае же дальнейшего падения нефти, как сейчас, эксперты допускали доллар дороже 100 рублей.

На деле, за прогнозом Костина нет ничего, кроме надежды на подъем нефтяных цен. В нынешней ситуации это сродни гаданию на кофейной гуще. Плюс, за его словами стоит политика: Кремль пытается успокоить население, и не в первый раз. В конце 2019 года, напомним, глава ВТБ призывал хранить сбережения в рублях, поскольку «в перспективе рубль достаточно стабилен». Надо думать, когда курс долезет до 100 руб./$, многие вспомнят прогнозы Костина «добрым» словом.

— Костин недооценивает ситуацию — исходит из благостного варианта, который сейчас представляется сомнительным, — отмечает президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич. — На деле, ситуация даже серьезнее, чем об этом говорят.

Пока, действительно, финансовые власти фактически могут выбирать диапазон, в котором удерживать рубль. Но такая поддержка дорого стоит — даже нынешний курс рубля завышен относительно состояния платежного баланса и торгового сальдо.

Словом, поддержание искусственного курса увеличивает нагрузку на экономику. Сейчас есть такая возможность, но будет ли она к концу 2020 года — большой вопрос.

«СП»: — Костин в своем прогнозе исходит из того, что цена на нефть вырастет?

— Да, так думают многие в элите. Некоторые вообще рассчитывают, что нефть вернется к $65 за баррель, а курс — к 65 руб./$.

На мой взгляд — это несерьезный подход. Нынешняя ситуация настолько неординарная, что предполагать, что все вернется на круги своя после такой мощнейшей встряски — наивно.

Скажем, спрос на энергоносители может вообще не восстановиться — никто об этом пока не говорит вслух. Многие страны-импортеры могут воспользоваться ситуацией, и заблокировать уровень спроса на комфортном для себя уровне.

Сама потребность в энергоносителях станет меньше. Люди смогут гораздо больше времени проводить на дому — удаленная работа станет нормой, разовьются онлайн-сервисы, изменится образ жизни. В ЕС получат дополнительный импульс технологии энергосбережения, а власти Индии и Китая давно искали повод административно сократить потребление нефти — и сейчас они его получили.

С другой стороны, США вообще закроют свой рынок для импортной нефти. История с обвалом цен на WTI доказывает, что сделка ОПЕК+ в реальности не работает. В итоге, поставщикам придется бороться за сужающиеся рынки Европы и Азии.

Причем, улучшение ситуации с коронавирусом не приведет к росту цен на энергоносители — против будет играть финансовый кризис. В итоге, низкий уровень потребления нефти установится на долгие годы.

Это значит, мир станет другим — в том числе, с точки зрения наполнения российского бюджета. И чтобы конкурировать в этом новом мире, нам точно не нужна крепкая валюта.

«СП»: — Насколько сильной может быть девальвация рубля?

— Курс рубля прежде был привязан к определенным параметрам. Предполагалось, что множество товаров мы покупаем за рубежом за нефтедоллары. Поэтому много отраслей в России не развивалось, и потому нас так волновал курс рубля — и, замечу, волнует до сих пор.

Читайте также
Сочи, Тамбов, Оренбург принесут в жертву из-за коронавируса Болельщики этих городов простятся с большим футболом на годы

Но этого мира больше нет. Мы не сможет существовать по-прежнему с нынешним сальдо торгового баланса, когда доходы от энергоносителей упали. У нас даже налоговая система прилажена к высоким ценам на нефть — нам и ее придется менять. Нам придется развивать новые отрасли — а для этого требуется кредитование и дешевый рубль.

В реальности, у правительства РФ просто нет другого пути, кроме девальвации рубля. Мы не можем увеличивать долги, как делают страны Запада — у них имеются резервные валюты, и они этим злоупотребляют.

Девальвация повышает конкурентоспособность российской продукции и уменьшает внутренние издержки. По сути, при правильной денежно-кредитной политике мы можем изменить структуру импорта, и практически полностью отказаться от зарубежных товаров, кроме самого необходимого.

Тогда многие нынешние проблемы решатся. И для этого нам не нужно играть в игру, в которую мы играли до этого — с привлечением иностранного капитала и укреплением рубля.

«СП»: — Силуанов считает, что правительство может еще долго поддерживать ситуацию стабильной — к концу года в ФНБ все равно останется 7 трлн. рублей. Это реалистичный сценарий?

— Здесь возникает вопрос — при каком курсе останутся эти 7 трлн. в ФНБ? При курсе 80 руб./$ или при 100 руб./$?! Второе мне кажется более правдоподобным.

Надо к тому же понимать: параллельно расходованию средств из ФНБ будут нарастать неплатежи по налогам и услугам ЖКХ. Кроме того, очень многие компании сейчас примут решение закрываться — и они, надо думать, постараются набрать перед банкротством побольше долгов, чтобы напоследок заработать.

Как результат, возникнет огромная невозвратная заложенность — кредитная, налоговая, жилищно-коммунальная — по моим оценкам, до 10 трлн. рублей.

Раз так, и без того куцые в 7 трлн. в ФНБ будут нивелирована гигантской суммой невозвратных денег, которые через какое-то время придется списать.

Читайте также
Кошмар РЖД: Россия готовится заливать нефть в железнодорожные цистерны Хранилища в нашей стране будут заполнены быстрее, чем в США и Саудовской Аравии

В итоге, даже если мы сумеем изменить политику и перейти к росту, курс рубля будет значительно ниже, чем сегодня. Если же события пойдут по плохому варианту, рубль не просто обесценится — мы еще скатимся в хаос а-ля 1990-е, с полностью разваленной финансовой системой и управленческим хаосом.

— По большому счету, вообще не имеет значения, сколько будет стоить рубль по отношению к доллару и евро, — считает председатель наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов. — Здоровье экономики зависит не от курса национальной валюты, а от того, что она может реально произвести. В том числе, чтобы закрыть базовые потребности страны в продовольствии, оружии, электронике.

Поэтому вопрос стоит так. Либо все ресурсы, которые на сегодня имеются — средства ФНБ, золотовалютные резервы, запасы нефти на складах — мы конвертируем в реиндустриализацию страны: в создание рабочих мест, в переход к суверенной экономике, которая не зависит от конъюнктуры на мировых биржах. Либо быстро или нет, но мы проедим все резервы, и окажется на дне экономической ямы — с неприкрытым, грубо говоря, задом.

И какая разница — будем ли мы в нищете, без перспектив в экономике, с долларом по 100 рублей или по 200 рублей?!

С моей точки зрения, сейчас нужно минимум 10−20 трлн. рублей влить в реальный сектор. Из них треть средств следует потратить на создание нескольких десятков новых национальных индустрий, а остальные деньги предоставить действующим субъектам экономики в качестве финансовой подушки. Тогда у нас есть шанс на спасение.


Экономический кризис: Грозит ли России дефолт-2020

Новости экономики: Мишустин пошел на поводу Билла Гейтса

Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Константин Блохин

Эксперт Центра исследования проблем безопасности РАН

Олег Казаков

Старший научный сотрудник Центра исследований Японии Института Дальнего Востока РАН

Комментарии
В эфире СП-ТВ
Новости Жэньминь Жибао
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня