![](/p/persons/1975/s-1975.jpg)
Десятки героев из шедевров отечественной литературы имеют реальные прототипы. Это и «Ревизор» Гоголя, «Живой труп» и «Воскресение» Льва Толстого. А в романе «Война и мир» выведены десятки реальных людей, включая капитана Тушина.
Не стал исключением и культовый роман «Золотой телёнок». Действительно, у лейтенанта Шмидта был сын Евгений. Начну с того, что лейтенант Пётр Петрович Шмидт был большим скандалистом, буяном и психически больным человеком. Но ему всё сходило с рук благодаря отцу Петру Петровичу (старшему) — герою обороны Севастополя, и дяде Владимиру Петровичу — полному адмиралу и первому с 1890 года по старшинству в Российском флоте.
В 1888 г. Пётр Шмидт (младший) женился на портовой проститутке Павловой, мечтая её перевоспитать. В следующем году она родила ему сына Евгения и занялась прежним промыслом.
Восстание на «Очакове» и казнь лейтенанта Шмидта сделали его кумиром всей российской молодёжи. Сам ректор Московской духовной академии служил панихиду по убиенному «болярину Петру».
Евгений Шмидт окончил одесское реальное училище и поступил в Санкт-петербургский технологический институт. Дабы не идти в окопы, наш студент пошёл в Петроградскую школу прапорщиков инженерных войск.
Весной 1917 г. Евгений отправился в Севастополь и занялся пиаром. Он даже написал военному министру Керенскому, чтобы тот его переименовал из Шмидта в Шмидта-Очаковского. Александр Фёдорович выполнил просьбу — беспартийный, а главное, усопший герой оказался весьма нужным властям.
Командующий Черноморским флотом адмирал Колчак распорядился перезахоронить прах лейтенанта Шмидта. 8 (21) мая 1917 г. десятки тысяч севастопольцев встречали корабль с останками лейтенанта. Причём, корабль шёл под вице-адмиральским флагом — помните, Шмидт объявил: «Командую флотом!»
На перезахоронении адмирал Колчак произнёс трогательную речь о заслугах лейтенанта, не забыв упомянуть, что они со Шмидтом служили мичманами на крейсере «Рюрик» и, естественно, дружили. Колчак прослезился. Навзрыд плакал Керенский, возлагая на могилу Шмидта Георгиевский крест.
Так начался новый взрыв «шмидтомании», в разы больший, нежели в 1905—1907 годах. В Красном флоте именем лейтенанта были названы 12(!) крейсеров, эсминцев и канонерских лодок, а также свыше 20 бронепоездов. В 30 городах СССР появились улицы Петра Шмидта, в Ленинграде — мост Лейтенанта Шмидта, а в Баку — завод им. Шмидта.
Евгений Шмидт у большевиков гарантированно сделал бы фантастическую карьеру. Любопытно, что некая Зинаида Ризберг, которая 40 минут разговаривала с лейтенантом Шмидтом в поезде, а потом полгода состояла с ним в переписке, в 1918 г. заявилась к Дзержинскому, бросила на стол пачку писем и потребовала персональную пенсию в качестве любимой женщины красного лейтенанта.
Зинаиде дали не только пенсию, но и большую квартиру в центре Москвы. Она стала членом Союза писателей СССР и гастролировала по стране с рассказами о лейтенанте Шмидте.
Увы, Женя оказался политически безграмотным и подался к белым. Там его за подобное родство возненавидели. В ноябре 1920-го вместе с остальными врангелевцами он убыл в Константинополь. Далее Евгений жил в полном одиночестве, без родных и друзей — в Праге, а потом в Париже. Умер в богадельне 28 декабря 1951 года.
Итак, сложилась уникальная ситуация. Евгений Шмидт в 1917-м был в зените славы и вдруг исчез (служил на низшей должности в тылу Врангеля).
Естественно, что любой прохиндей, назвавшийся сыном лейтенанта, должен был иметь большой успех среди совслужащих. Кстати, в романе среди потомков лейтенанта Шмидта упоминается и дочка — уж не Зинаида ли?
А кто же всё-таки даром сбрил усы в романе «Двенадцать стульев»? Их вместе с бородой сбрил Василий Шульгин — богатый помещик, депутат II, III и IV Государственных дум. В эмиграции он затесался в руководство РОВС, дружил с Врангелем.
И вот по заданию РОВС зимой 1925−26-го Шульгин по фальшивому паспорту на имя Эдуарда Эмильевича Шмитта (помните Конрада Карловича Михельсона?) нелегально отправляется в Советскую Россию. Цель поездки — инспекция большой широко разветвлённой антисоветской организации «Трест», готовившей государственный переворот.
Уже на территории СССР Эдуард Эмильевич решает перекрасить волосы. Одесский шампунь придал волосам лилово-красный цвет. Пришлось сбрить знаменитые усы, которые производили такое впечатление на депутатов и журналистов в ходе его выступлений в Государственной думе.
Перед тем, как покинуть СССР, на встрече с руководством «Треста» Шульгин получил рекомендацию описать свои впечатления от НЭПа. Так родилась книга «Три столицы».
Для исключения возможности «провала» антисоветского подполья было решено рукопись книги отправить в СССР для «корректуры», после чего напечатать её на Западе.
Так и было сделано, рукопись побывала в Москве и вернулась без особых изменений (были удалены только фрагменты, описывающие техническую организацию перехода границы, не были тронуты даже очень резкие замечания о Ленине).
Книга «Три столицы» произвела сенсацию в рядах эмигрантов. За неимением других Шульгин стал не только главным, но и самым бесстрашным героем борьбы с большевизмом.
В апреле 1927 г. из СССР бежал один из руководителей «Треста» Эдуард Опперпут-Стауниц. И тут-то выяснилось, что «Трест» — подставная контора ОГПУ, и сотрудники оного ведомства возили Кису, пардон, Шульгина по трём столицам. Эмиграция была в бешенстве, зато советские граждане хохотали от души.
Тут и родился Киса Воробьянинов, по фальшивому паспорту — Конрад Карлович Михельсон. И он с полным основанием выступал в Пятигорске: «Подайте на пропитание бывшему депутату Государственной думы». Мог бы добавить: «Трёх созывов».
А откуда же взялся «Союз меча и орала»? Помните: «Помогать детям и только детям! Не придерёшься». А ведь придрались. Но начнём по порядку.
С 1922 г. народный артист Фёдор Шаляпин гастролировал в США. Причём из СССР он выехал вполне легально — тогда без проблем выпускали многих артистов, поэтов
В США Шаляпин заработал огромные деньги. Но его допёк «сухой закон», и певец отправился в Париж. Там к нему обратился тихий священник Георгий Спасский и стал уговаривать помочь детям, только детям и никому больше. Шаляпин кинул в поповскую шляпу чек на 5000 франков.
А батюшка-то оказался не простой. Он был заместителем главного попа врангелевской армии епископа Вениамина. После эвакуации Врангеля служил «замполитом» в Бизертской эскадре. После ликвидации эскадры приехал в Париж и, естественно, не прервал отношения с сослуживцами. Шаляпин стал швыряться деньгами и дальше. В частности, маленькому шалуну капитану 1 ранга Дмитриеву, и прочая, и прочая…
В голодной Советской России деятели искусств подняли большой шум. Владимир Маяковский пообещал «белому барину — рабочий пинок». В конце концов, 26 августа 1927 г. постановлением Совнаркома Шаляпин был лишён звания народного артиста. Гражданство ему оставили. Но Фёдор Иванович всё равно обиделся и предпочёл жизнь эмигранта.
А Ильф и Петров превратили врангелевского «замполита» батюшку Георгия в таинственного посланца Врангеля белого офицера Остапа Бендера — «В каком полку служили?»